Книга Договорная любовь, страница 80 – Лорен Ашер

Я начинаю листать страницы и останавливаюсь на наброске сада, о котором она говорила несколько раз. Он выглядит иначе, чем тот, в котором я недавно был, когда прятал ее ключи. Фонтан, который был в плачевном состоянии последний раз, когда я его видел, на рисунке работает, и вода стекает по бокам от него. Роскошный ландшафтный дизайн на рисунке тоже выглядит совсем иначе: он больше не кажется таким заброшенным, повсюду посажены цветы, а живые изгороди аккуратно подстрижены.

Я представлял себе ее особое место именно таким, но по какой-то причине саду сейчас не хватает этого очарования.

Лили вырывает альбом для рисования у меня из рук и захлопывает его.

— Держи, — она чуть ли не швыряет мне цветы. Если бы я не среагировал вовремя, они бы упали на пол и помялись.

— Красивый у тебя рисунок.

Она сжимает челюсти.

— Пока, Лоренцо.

Я удивлен ее резкостью и пытаюсь понять ее причину, потому что не могу иначе.

— Этот телефонный звонок испортил тебе настроение?

— Это все из-за того, что ты подслушивал.

Она разжигает во мне любопытство, но по тому, как сжимаются ее губы от едва сдерживаемого раздражения, я понимаю, что лучше искать ответы в другом месте.

Мне стоит уйти, но вместо этого я топчусь у стойки, словно мои ноги приросли к полу.

Лили игнорирует меня. Она не возвращается к рисованию, а начинает заниматься тем, что, по ее мнению, покажется мне скучным.

По правде говоря, я мог бы часами наблюдать за тем, как она делает самые простые вещи, например подрезает цветы или просматривает счета, и мне бы это не надоело. В ней слишком много всего, что меня интересует: от того, как изящно она подрезает ленты или раскладывает упаковочную бумагу, до забавной морщинки между бровями, которая появляется, когда ей нужно провести инвентаризацию.

Это единственное правдоподобное объяснение тому, почему я медлю и хочу задать Лили еще несколько вопросов. А еще мне любопытно, почему она звонила в ветеринарную клинику, когда все котята уже у Рафы дома.

Любопытство, которое мне не следует испытывать, но которое я все равно собираюсь удовлетворить.

С ее помощью или без.

Когда я останавливаюсь перед ветеринарной клиникой, меня охватывает непреодолимая грусть. Я вспоминаю, как мы с родителями приходили в эту клинику с нашей домашней собакой, и от этой мысли боль в моей груди только усиливается.

Сделав несколько глубоких вдохов и напомнив себе, зачем я здесь, я захожу внутрь с таким видом, будто меня не волнует ничего, кроме того, что скрывает Лили.

Оказалось, что женщина за стойкой регистрации была более чем рада дать мне все необходимые ответы. Мне нужно было лишь улыбнуться и сказать, как Лили восхищается их клиникой, и вуаля — все были готовы рассказать мне о Дейзи, собаке, которую Лили любит навещать каждый день, и о том, как Рафа оплачивает все ее дорогостоящие медицинские счета.

То, что их оплачивает он, меня раздражает, но не так сильно, как то, что Лили что-то от меня скрывает.

Но почему это так для тебя важно?

Это не должно иметь никакого значения, но меня немного задевает то, что она даже не поговорила со мной о Дейзи, которая явно важна для нее, раз она так старается ее выходить. Не то чтобы у нее не было возможности поднять эту тему.

Она просто не захотела.

Мне не нравится то, что у меня сжимается сердце при мысли о том, что она что-то от меня скрывает. Совсем не нравится.