Книга Слишком близко к тебе, страница 101 – Ана Сакру

Еще и Эмиль…Смотрит.

Нагло, тяжело, в упор, тоже не притрагиваясь к еде.

Будто только и мечтает, чтобы все заметили его нездоровое ко мне внимание и спросили в чем дело.

Мама сыплет восторгами. Лиля спрашивает про рыбок на фото. Диана украдкой палит в свой телефон. Назар Егорович, лениво улыбаясь, добавляет детали к рассказам мамы. А я неспешно умираю, сидя напротив его сына и остро ощущая его горящий взгляд на себе.

Я бы послала его, но у меня онемели губы. Вообще все занемело внутри после этого утра.

Когда Анна, экономка, приносит горячее, я наконец решаюсь. Куда уж больше тянуть?

— Мам, слушай, я хочу пожить у Маши, своей одногруппницы, эту неделю. У нее соседка съезжает, и она остается одна в квартире. Там как раз и к универу ближе, и вообще… – вру я ломким голосом, не придумав ничего не лучше, – Можно же?

— Хм-м-м, – тянет мама, не сразу переключаясь со своих красочных отпускных рассказов на мою просьбу, – Ну…

— Ты никуда не поедешь, – вдруг глухо отрезает Эмиль.

Таким голосом, что все вокруг разом замолкают, удивленно уставившись на него.

Рвано вдыхаю. Пальцы нещадно комкают салфетку. Смотрю в тарелку, а не на него. Не могу на него.

— Почему?! – тонко интересуюсь. С вызовом.

— Я не дам тебе сбежать, – выдаёт.

Не выдерживаю – вскидываю на Эмиля взгляд.

Это сразу так больно! Что в моих глазах моментально набухают слезы, а пульс жарко взрывается, пока смотрю на мужское лицо напротив. Такое внешне красивое лицо. Принадлежащее такому мудаку…

— А если расскажу, м? – сиплю, дергая бровью.

У Эмиля желваки прокатываются по щекам, взгляд становится совсем уж резким, почти отчаянным. Сверлит меня своими черными глазами насквозь. Повисает пауза.

— Вы о чем говорите? – вклинивается Назар Егорович, хмурясь.

Молчу, кусая щеку изнутри.

— Думаешь, я этого боюсь, Малина? – хриплым полушепотом заявляет Эмиль, смотря на меня исподлобья, – Да я сам расскажу хоть сейчас. Но ты не сбежишь.

Обещание Эмиля все выложить прямо сейчас, за столом, воспринимается не просто угрозой, а настоящей катастрофой.

Ошпаривает липкой, тягучей паникой, когда обвожу присутствующих быстрым взглядом.

Девчонки застыли, на лицах – оживлённый интерес. Мама кажется встревоженной, Назар Егорович нахмурился и весь подобрался как матерый хищник перед прыжком, а Эмиль все так же прожигает меня горящим взглядом, в котором мне чудится вызов.

Игра…

Для него все это было игрой и продолжает ею быть. Он готов легко шокировать родных, беря меня на слабо и даже не принимая в расчет, какое это для меня дикое унижение. Рассказать им всем, какая я наивная дура!

Ну конечно… Дура ведь здесь я, а не он!

Внутренняя дрожь перекидывается на лицевые мышцы, и я с трудом ее гашу, стиснув зубы. Не хватало еще трясущегося подбородка…

— Не смей! – беззвучно бросаю Караеву-младшему, пытаясь глазами передать, как мне хочется это проорать.

— Тогда не уезжай, – артикулирует в ответ, выразительно ведя бровью.

Чувствую, как все лицо мое горит бордовым. Я не знаю, что делать, что сказать. Тем более при всех.

— Ненавижу тебя, – шевелю губами, наблюдая, как картинка перед глазами расплывается от набегающих слез.

У Эмиля на это только ноздри заметно раздуваются. Смотрит исподлобья как бык на красную тряпку.

— Так, с меня хватит, – взрывается раздражением Назар Егорович, – Я все надеялся, что показалось. Но похоже не показалось… Диана, Лиля, вы уже поели? Идите в свои комнаты.