Книга Пепел на твоих губах, страница 109 – Вера Зверева

Вика сжала губы и молча уставилась на Разумова. Сколько бы в ней не было сил строить из себя невозмутимость, сердце билось как сумасшедшее от навалившихся мыслей. Сложно было притянуть даже к самой себе мысль о том, что Андрей ей безразличен. Нет, он не был, и после секса с ним не стал, скорей наоборот. Но вот эмоции при этом оказывались настолько полярными, что между их разной заряженностью скоро начнет искрить.

Сначала она хотела защитить себя, потом защитить Андрея, а теперь оказывается ей надо защищать снова себя, но уже от друга Андрея, который решил покозырять перед ней своей должностью и, похоже, даже надавить для того, чтобы как-то повлиять на их с Андреем отношения. Какие отношения? Этот беспорядочный хаос между: ненавижу, спаси меня, как ты прекрасен, уйди с глаз долой и трахни меня ещё раз?

Хуже всего в этой не радужной и абсурдной картине было то, что все те обвинения, которые Вика навешала ранее на себя — что портит жизнь всем её окружающим мужчинам — теперь подтверждались и этим следователем, и неприятностями в которые попал Андрей. Ей без труда вдруг представилось, как Андрей крушит что-то в гневе, как он разносил свою квартиру, и как полицейские прибывшие разбираться с вандалом отхватывают по лицу. После этого конечно же Андрея скорей всего скрутили и увезли в отделение, где его освобождением и отмазыванием занялся этот Разумов, оказавшийся его другом. А теперь он решил устроить разборки с Викой?

— Андрею предъявлены обвинения?

— Нет. В этот раз.

— У меня к нему нет претензий. Я не понимаю, о чём наш разговор.

— У меня есть претензии к вам, Виктория, — выдал Разумов, — и настоятельная просьба.

— Даже боюсь представить…

— Оставьте его в покое.

— Что?

— То, что вы услышали. Оставьте Ветрова в покое, — Разумов сложил руки на столе перед собой, — я не могу заставить вас переехать или что-то подобное. Но раз уж вы оказались его ближайшей соседкой, то уменьшите с ним контакты до минимума. Желательно до вежливых приветствий в подъезде или, в крайнем случае, при наступлении форс-мажорных обстоятельств. Пожара, например.

Вике ужасно захотелось встать и выйти. Или может быть поставить ещё одному полицейскому синяк под глазом.

— С чего вы вообще решили, что я как-то нарушаю его покой?

— С того, что с момента вашего заселения уже несколько происшествий оказались с вашим участием. Затем они по цепочке начинают вызывать новые, и снова вы мелькаете на горизонте.

— Да что вы несёте? — Вика вскипела внутри. Откуда он может знать хоть какие-то подробности из их с Андреем «контактов».

— Я очень, — Разумов придвинулся ближе, — очень хороший дознаватель. Я всегда докапываюсь до сути вещей. Даже, если эти вещи являются личными делами моего друга. Потому что только так я могу по-настоящему защищать его.

— От чего его нужно защищать? Он выглядит вполне способным не только защитить себя самого, но и других людей. Не он ли выбрал это своей профессиональной деятельностью?

— Вы о его профессиональной деятельности знаете чуть больше, чем ничего. Поэтому не делайте выводов. Если я прошу вас оставить Андрея, то на это есть веские причины. И я рекомендую вас прислушаться к этому доброму совету. К моей просьбе.

— Это больше похоже на угрозу.

— К угрозе я не переходил ещё и надеюсь, это не понадобится, — он снова сел в расслабленную позу, — надеюсь на ваше, Виктория, благоразумие.