Книга Шурочка в законе, или сосед особого назначения, страница 6 – Лана Сергеева

И надо мне было в первый же день встретить Шурочку, мою детскую любовь.

Я пошёл к ней поздороваться, а заодно узнать, не отдаёт ли кто щенка.

И эта женщина сделала мне мой день, стою теперь у неё во дворе и лыблюсь как дурак, бабушка говорила, что она уехала в город учиться.

— Ну, товарищ Курочкин, что будем делать?

— В смысле?

— Во-первых, встаньте и приведите себя в порядок. А во-вторых, чтобы завтра на моём столе лежал рапорт о произошедшем, будем разбираться.

— Да что тут разбираться? Я сам справлюсь.

— Вы же только что хотели привлечь гражданку за покушение на вас.

— Немного погорячился. Я пойду?

— Идите, Курочкин.

— Вы что, тут останетесь?

— Я через забор живу. По соседству. Через калитку пройду.

— А у Шурке что делали?

— Борщ ел, а вы с какой целью интересуетесь?

— Ну она как бы моя баба.

— А вот в этом я не уверен, товарищ лейтенант, свободны.

И Курочкину ничего не остаётся делать, как удалиться.

Закрываю за ним калитку на засов и возвращаюсь в Шурин дом, беру свою футболку и уже собираюсь идти к себе, но решаю поступить по-другому.

Такую женщину надо брать, пока не появился ещё какой-нибудь претендент в женихи.

Разворачиваюсь и быстрым шагом направляюсь в баню к Александре.

Захожу в предбанник, разуваюсь и прохожу дальше.

Шура распаренная сидит в огромной деревянной ванне, вся в ароматной пене.

Бросаю футболку на скамью и начинаю стягивать с себя штаны.

— Что вы делаете? Василий, я вас не приглашала.

— Мне же надо отмыться от вашего замечательного борща, а я баню сегодня топить не планирую.

И я, пока Шурочка не пришла в себя и не запустила в меня мочалкой, быстро снимаю трусы и забираюсь к ней.

— Ну что, потрёшь мне спинку? Или займемся более приятными вещами?

— Да как вы смеете?

Сидит моя Шурочка, глазки распахнуты, ноздри раздувает от возмущения.

Пенка на гладких плечиках потрескивает, а на поверхности воды как бы две аппетитные грудки, сверкают темными сосочками.

Ну как тут можно устоять.

Протягиваю руки и разворачиваю Шурочку ко мне спиной.

Прижимаюсь своим уже готовым к подвигам членом к её попочке.

— Устраивайся поудобнее, милая, у меня так давно не было секса, что я сегодня рассчитываю любить тебя всю ночь.

Она то ли охает, то ли стонет, вертясь на моём члене.

— Тише, Шурочка, моё терпение не безгранично.

Её шейка так и манит, прижимаюсь к ней губами и громко, по-звериному не сдерживаясь, вдыхаю аромат её кожи.

— Ты пахнешь розами и чем-то сладким, хочу тебя с первой минуты. Только одно скажи, что у вас с Курочкиным?

— Ты значит сначала в ванну ко мне залез, а только теперь спрашиваешь?

— То, что ты разозлила меня, не обсуждается. Вопрос больше для нападения, чем для отступления.

— Жених он мне бывший, с сегодняшнего дня бывший.

— Он в курсе решения?

— Я его застала с Веркой, продавщицей из Макаровки, приехала с выставки, а они там любились и меня обсуждали и обзывали, а я ему подарок хотела на юбилей сделать.

Вот и психанула. Теперь он мне эти кактусы простил, видите ли, и пришёл об этом сообщить. Но я опять не сдержалась и бутыль в него запустила. Да ты, Вася, и так всё слышал.

— Разберёмся, про кактусы только не понял.

— Его Верка в кабинете по-взрослому развлекала, соответственно он без штанов был. А на окне, в которое я это всё увидела, кроме кактусов больше ничего не стояло. Ну я и запустила их ему в задницу и в передницу.