Книга Как они её делили, страница 48 – Диана Рымарь

Как щенят, ей-богу…

— Ульяна, — командует отец матери. — Бери Настю, переодень ее в сухое и приводи в мой кабинет, а я пока с Артуром поговорю.

Мать передает маленькую Анаит Каролине и спешит выполнить волю отца.

А я не успеваю даже толком подняться, как отец хватает меня за плечо и натурально тащит к себе в кабинет.

Да, Настина мама технично срулила, но мои-то предки остались.

Непонятно, что хуже.

Отец тащит меня в свой кабинет, крепко сжимая плечо.

Не сопротивляюсь, но каждый шаг дается с трудом, будто ноги налились свинцом. Я ж понимаю, что ничего хорошего меня в том кабинете не ждет.

Через полминуты мы уже переступаем порог священнейшей комнаты нашего дома — отцовского кабинета.

Тут все массивное: деревянный стол, книжный шкаф, даже шторы — тяжелые, плотные.

Строгий интерьер всегда заставлял меня чувствовать себя здесь неуютно. Сегодня это ощущение многократно усиливается.

Не успеваю опомниться, как дверь снова распахивается и в кабинет вваливается Арам.

Его лицо искажено злостью, а в глазах желание убивать.

— Пусть он уйдет! — требую я, указывая на брата. — Это не его дело!

— Еще как мое! — огрызается Арам, скрещивая руки на груди и прислоняясь к книжному шкафу. — Она моя девушка, забыл?

Отец не обращает внимания на нашу перепалку. Он садится за стол, жестом приказывая мне занять место напротив. Его взгляд пронзает меня насквозь.

— Итак, объясни мне, Артур, — голос отца обманчиво спокоен, но я слышу в нем приближающуюся бурю, — как так вышло, что ты переспал с девушкой своего брата?

Сердце колотится как бешеное. Я пытаюсь собраться с мыслями.

— Она не его девушка, — говорю твердо, хотя внутри все дрожит. — У них не было ничего серьезного. Она не любит его.

Арам издает презрительный смешок.

— А тебя типа любит? Или полюбила после того, как ты ее… Так-то она нас обоих послала в пешее эротическое!

— Это все уже неважно! — повышает голос отец. — Теперь она беременна от тебя, Артур! Ты хоть понимаешь, что натворил?

Слово «беременна» снова бьет меня осознанием того, что мы доигрались. Я, сука, доигрался.

— Ты не мог, черт возьми, по-человечески презерватив натянуть? — Отец ударяет ладонью по столу. — Восемнадцать лет! Тебе восемнадцать лет, Артур! Какой из тебя будущий отец? Ты сам еще ребенок!

Каждое слово, как удар кулаком по морде. Не потому, что это неправда, а потому что эти же мысли крутятся в моей голове с того момента, как я узнал о беременности. Но слышать их от отца в присутствии Арама — невыносимо.

— И какие у тебя планы на Настю? — продолжает отец, не давая мне вставить ни слова. — Вы собираетесь вместе растить ребенка? Какие из вас родители, когда вы сами еще дети?

Я открываю рот, чтобы ответить, но слова застревают в горле.

Потому что я не знаю ответа.

Потому что я сам в панике.

Все происходит слишком быстро.

В этот момент дверь снова открывается.

На пороге стоит мама, а рядом с ней — Настя.

Я застываю, глядя на нее. Она одета в мамино синее платье. Оно ей великовато, но одновременно с этим Настя смотрится изящнее, делается похожей на хрупкую фарфоровую статуэтку.

Ее глаза красные от слез, она напугана, и сильно. Отчего-то ее страх наполняет меня силой. Ведь в паре должен быть кто-то сильный, разве нет? Пусть это буду я.

— Мигран. — Мама проходит в кабинет, подходит к отцу и кладет руку на его плечо. — Сбавь обороты, милый. Давайте спокойно все обсудим.