Книга Гарри и его гарем 11, страница 23 – Нил Алмазов

Я добавил второй палец — и её дыхание стало прерывистым, в горле прорвались тихие, глухие стоны. Она слегка изменила положение, раздвинув колени шире, и в такт моим движениям продолжала ласкать меня губами и языком.

Когда же я ввёл третий палец, её тело отозвалось мгновенно — спина изогнулась, бёдра дёрнулись вперёд, а из груди сорвался более громкий, хрипловатый стон через закрытый рот. Она начала двигать тазом, как бы помогая себе получить больше наслаждения, и чем сильнее, глубже я проникал, тем горячее становились её старания для моего удовольствия.

Неожиданно Майя оторвалась, держа ствол в руке, и взглянула на меня.

— А можно тебя попросить ещё выше? — осторожно спросила она. — Хочу так попробовать.

— Сюда? — уточнил я, коснувшись зоны между ягодицами.

— Да, — выдохнула она. — Я готовилась к этому.

— Давай попробуем.

Без лишних слов она снова принялась за дело, а я изменил подход.

Пальцы уже были достаточно смазаны, но я добавил на них слюны — ничего другого просто не было. Когда смазал вход, осторожно ввёл один палец.

От непривычных ощущений Майя сразу напряглась, мышцы плотно обхватили палец, мешая двигаться. Я тихо подсказывал ей, чтобы она расслабилась. Её дыхание сбилось, но постепенно я почувствовал, как напряжение спадает, и смог войти глубже.

Как только один палец стал входить свободно, я добавил второй. Он скользнул плотнее, но точно без боли для неё. Я сосредоточился на процессе полностью, удерживая себя от лишних мыслей, чтобы не сорваться раньше времени.

Хорошо подготовив её, я решился на большее: три пальца — в новое для неё место, а большой — туда, где она уже привычно открыта для меня.

И когда я начал вставлять в два места одновременно, её бёдра снова дёрнулись, хвост резко изогнулся и замер, а из груди вырвался громкий, протяжный стон, когда она освободила рот.

Я замер, не будучи уверен, что это именно от удовольствия.

— Продолжай, — выдохнула Майя, вновь опуская голову. — До конца. Хочу. Очень.

Стало понятно: легко доведу её до оргазма одними лишь пальцами, а она меня — ртом и языком.

Я буквально утонул в ней, чувствуя, как она то напрягается, то расслабляется, прижимаясь к моей руке сильнее. В какой-то момент она перестаралась, взяла слишком глубоко и закашлялась, но не отстранилась, просто чуть смягчила темп.

— Делай как умеешь, — тихо сказал я, проведя ладонью по её голове, задевая кончики ушек. Они подрагивали, выдавая её возбуждение. — У тебя получается великолепно.

Она молча кивнула и снова сосредоточилась, а я стал ускорять движения рукой — всё глубже, всё разнообразнее, находя чувствительные точки. Теперь в ней не было прежнего зажатого напряжения, только дрожь, готовая перейти в разрядку. Я чувствовал, как и сам подбираюсь к грани.

Моя рука уже двигалась быстрее, чем я сам от себя ожидал. Постоянно менял угол, ритм, чтобы зацепить как можно больше точек, и это работало — Майя уже почти выгибалась в пояснице, подрагивая всем телом, а из груди вырывались сдавленные, но всё более отчаянные стоны.

Первой кончила она: тело дёрнулось, хвост судорожно хлестнул меня по боку, мышцы крепко зажали мои пальцы, будто не желая отпускать. Она застонала громко и протяжно, выгнулась, почти потеряв контроль, а её дыхание перешло в короткие, рваные вздохи.