Книга Кровь Геркулеса, страница 195 – Жасмин Мас

— На колени! – приказал Зевс, и Вайко опустился на колени. – Объясни еще раз, что именно произошло в тот день, когда была убита Геркулес. – В серых, словно шторм, глазах клубилась ярость.

Я села на песке.

Геркулес – именно эти восемь букв были вышиты на ползунках младенца, которого нашли люди из приюта. Это было имя, а не марка.

Волоски на моих руках встали дыбом.

Неприятное предчувствие охватило меня.

Все происходило как в замедленной съемке, словно я попала в автокатастрофу.

Вайко поднял голову.

— Нападение Титанов на Дом Зевса произошло во время собрания Федерации, – сказал он. – Спартанцы собрались в другой комнате, а я только что прибыл и находился в коридоре. Медсестры Геркулес погибли у меня на глазах. В хаосе я схватил ребенка и телепортировался. Я оказался на сельской пустоши. Повсюду кровь, я бился в конвульсиях и потерял сознание… Когда я очнулся, я остался один, а ребенок исчез. Я решил, что ее убили Титаны или дикие существа.

Патро поднял голову, глаза полыхали красным.

— Он говорит правду.

— Ты сказал, что видел, как умер ребенок! – прорычал Зевс, надвигаясь на Вайко.

Мужчина покачал головой.

— Я думал, что видел. Беззащитный ребенок остался совсем один посреди луж крови и монстров. Я заключил, что его убили.

— Это правда, – объявил Патро. Его глаза продолжали сиять красным.

Зевс повернулся к Аиду, под ногами которого клубился туман.

Они обменялись долгим взглядом.

В этот момент шрам на груди запульсировал, и я потерла его. Рука замерла. Этот шрам был у меня с детства.

Идеально прямая линия.

Кто-то пырнул меня ножом.

По позвоночнику пробежали мурашки, и чутье подсказало мне, что Вайко рассказал не всю правду.

Было что-то еще.

Что-то гораздо большее таилось за его рассказом.

Зевс заговорил, но его взгляд все еще был прикован к Аиду:

— Вайко, ты скрыл информацию о похищении моей крестницы. С тобой мы разберемся позже.

Подождите, если он мой крестный отец, то кто же тогда мой…

Аид подошел ко мне. Его полуночно-черные глаза и высокая худощавая фигура казались странно знакомыми. Снег кружился вокруг него.

Он остановился передо мной и упал на колени.

— Дочь, это действительно ты? – слезы блестели в его глазах, а дрожащие пальцы медленно потянулись к выбившейся пряди. – Ты так похожа на свою мать.

— Геркулес! – Персефона бросилась на колени передо мной. У нее была темно-золотистая кожа и те же длинные вьющиеся волосы жемчужного цвета, что и у меня, разве что на пару оттенков светлее. Она обхватила мое лицо ладонями, посмотрела на меня широко раскрытыми голубыми глазами, и разразилась рыданиями.

— Они заставили моего ребенка пройти Горнило, – причитала она, прижимаясь ко мне. – Мой бедный дорогой ангел. – Она сдвинула кудри с моего лба. – Ты, должно быть, так испугалась.

Я уставилась на нее в ответ.

Боялась пошевелиться.

Не в силах подобрать слова.

Она обняла меня, как будто любила. Никто и никогда не обнимал меня так раньше.

Мама?

Папа?

Слезы текли по моим щекам.

Они оба обнимали меня с такой нежностью, а на коленях в их объятиях стояла я. Монстр.

Прошли долгие мгновения, пока мы втроем обнимались на песке.

Зевс шагнул вперед, накрывая нас своей тенью.

Его голос разрушил магию момента.

— Раз она, благородная наследница, была вынуждена пройти через суровые испытания Горнила, по нашим обычаям необходимо смыть смертельный позор, которому она подверглась. Я предлагаю союз с моим домом. Брак.