Книга Кровь Геркулеса, страница 174 – Жасмин Мас

Я открыла учебник.

— Просто с-спросила, – пробормотала я. Боль совершенно точно пульсировала в груди.

А в голове – ничего.

Ноль.

Пустота.

Почему все в моей жизни не как у людей? Может хоть раз что-то пойти как надо? Неужели я слишком многого прошу?

Очевидно, так оно и было.

Шесть часов спустя мы бежали по склону в метель.

Снег неистово хлестал, обжигая глаза, а видимость была нулевой. Я едва различала свои согнутые в локтях руки. Никс ледяной глыбой облепила мой живот.

Патро и Ахиллес бежали трусцой по обе стороны от меня. Неро и Пэпэ бежали у наших ног, легко справляясь с непростым горным ландшафтом, словно были рождены для бега.

Все дебютанты – кроме Титуса, хромающего на раненой ноге за нами, – бежали впереди.

Под тяжестью его взгляда у меня ныла шея.

Он был взбешен.

Встань в очередь, приятель.

Я была на девяносто девять процентов уверена, что Август заставил нас бежать, чтобы прикончить Пушистика-младшего.

Час назад, пока мы медитировали и представляли себе телепортационный прыжок, Пушистик-младший залаял, и Август объявил, что я «целенаправленно пытаюсь сорвать занятие отвратительным поведением своего идиотского, бесполезного покровителя».

Затем он приказал нам бежать по маршруту, а генерал Клеандр вызвал моих наставников.

Но самое главное: Август разрешил всем остальным животным-покровителям остаться, но заставил Пушистика-младшего бежать со мной в качестве «наказания».

Вот только Август просчитался: Пушистик-младший, похоже, веселился от души.

Он бежал впереди нас, дрожа всем телом, и, откинув голову назад, пытался поймать каждую пролетающую мимо снежинку. Он скакал уже несколько часов и не проявлял никаких признаков усталости. Его огромные и удивительно мощные лапы с легкостью преодолевали метр за метром.

Хоть кто-то развлекался.

Лишь усилием воли я заставляла свое изнуренное тело бежать вперед. Я не могла вдохнуть, десны болели от морозного воздуха, ресницы стали белыми от снега.

— Слушай, – непринужденно спросил Патро, словно мы расслабленно шли по парку, – тебе не кажется, что в последнее время Август ведет себя немного странно? Я знаю его всю жизнь, и обычно он очень спокойный парень, но в последнее время он кажется немного… другим.

Я поперхнулась слюной и выплюнула ее.

Плевок тут же прилетел мне в лицо и застыл на щеке.

Вселенная меня ненавидит.

— Ты согласна? – снова спросил Патро, явно не желая менять тему.

— Он козел, – ответила я и споткнулась от волнения, потому что наконец-то смогла: я выругалась вслух.

Пушистик-младший громко залаял и запрыгал вокруг меня. Раскаленная нить в моей груди натянулась. Он был рад за меня. Милашка.

— Это странно. – Патро медленно покачал головой, словно он неспешно размышлял, а не боролся за выживание, карабкаясь по склону горы в метель. – Он тебе что-нибудь говорил?

Я покачала головой.

Да, он угрожал мне, а потом раздробил мне мозг. Он поил меня из кружки, потенциально называл меня злом на латыни и обещал защитить. Прижимал меня к стене. Пристально следил взглядом.

— Ты уверена, что он не сделал ничего… драматического? Может, дарил что-нибудь? – Патро уставился на меня, словно хотел спросить что-то конкретное, но закрыл рот, стоило Ахиллесу покачать головой.

— Нет, – сказала я. Он подарил мне только посттравматическое стрессовое расстройство.