Книга Кровь Геркулеса, страница 137 – Жасмин Мас

— Так со сколькими мужчинами у тебя был секс? – спросила сирена с другого конца кабинки, в предвкушении подпрыгивая на месте, отчего ее крупные груди покачивались вверх-вниз.

— О-о-о, – сирены захлопали от восторга.

— Еще один хороший вопрос.

Смеясь (плача), я пренебрежительно махнула рукой.

Сирена подмигнула, ее волосы заблестели.

— Ясно… сбилась со счета. Мое уважение.

Я поджала губы.

— Не… совсем.

Лена снова подвигала бровями.

— Ну хотя бы ■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■■?

Я поморщилась и покачала головой.

— Существами? Спартанцами? Кентаврами? – допытывалась Лена, глядя на меня с прищуром, словно изучала диковинное существо.

— Подождите, кентавры существуют? – спросила я. – А у них лошадиные головы или л-лошадиные тела?

Сколько дебатов на эту тему устраивалось в школьных коридорах. Тим-Том был за «лошадиную голову».

— Конечно, голова лошади, – Лена закатила глаза, словно не замечая, что ее слова перевернули мою жизнь с ног на голову. – А теперь ответь на вопрос, женщина. Со сколькими партнерами у тебя был секс? Любой считается. Пожалуйста, мать духов, скажи нам.

— Подождите. – Я моргнула. Кентавры не выходили у меня из головы. – Значит, у кентавров тело человека… и голова лошади?

Это же судьбоносная информация.

Лена хлопнула обеими руками по столу, разбросав карты.

— Алексис, – потребовала она, – отвечай на вопрос.

— Почему все сирены смотрят на тебя с ужасом? – прошипела Никс. – Ты рассказала им о своем фанфике про Эмми и Карла? Я же сказала, что из-за него тебя будут считать странной и непривлекательной.

Она не понимает математиков так, как я.

Лена шлепнула меня по руке. Сильно. Она выжидающе смотрела на меня.

Просто скажи. Словно сдираешь пластырь.

Ковыряя лак на деревянном столе, я тяжело вздохнула и прошептала:

— У меня н-ни разу не было секса.

Все сирены понимающе кивнули, потому что воздержание делало человека особо сексуальным и загадочным. По крайней мере, в моем воображении так и было.

На самом деле…

— НЕТ! – Лена закричала так, будто в нее выстрелили. Затем в кабине завыли все сирены. К ним присоединилась и Никс, просто для драматизма.

Я сползла по дивану, желая исчезнуть с лица земли.

Неподалеку Спартанцы прервались, чтобы посмотреть, что случилось.

Не нужно было трогать пластырь.

Лена обвиняюще указала на меня:

— Значит, ты одна из ханжей. Почему ты выбрала такую жалкую жизнь?

Потому что я боюсь людей. Прикосновений. Сексуальности.

Пожав плечами, я пробормотала себе под нос:

— Выбор был невелик.

Фантомные боли усилились.

Не так-то просто лишиться девственности, когда живешь в картонной коробке и люто ненавидишь чужие прикосновения.

Сирены оживились, услышав мой ответ.

— Можем все исправить прямо сейчас. Хочешь, займемся сексом? – Орон положил руку мне на бедро.

Я отпрыгнула прочь от его руки. Сердце ушло в пятки.

— Нет.

Орон пожал плечами, продолжая улыбаться.

— Может, продолжим карточную игру? – сменив тему, я умоляюще посмотрела на Лену.

— Конечно, – она кивнула с серьезным выражением лица. – О, великая прекрасная ханжа.

Я поджала губы и решила считать ее слова комплиментом.

По крайней мере, я великая и прекрасная. Могло быть и хуже… наверное.

— Итак, восемь ножей лежат в центре стола, – объясняла Лена. – У каждого игрока по четыре карты. Мы передаем карты друг другу по кругу, пока у кого-нибудь не соберется сет из четырех духов или Спартанских Домов одного цвета. Собравший сет хватает нож. Все остальные игроки тоже на перегонки хватают ножи. Тот, кому ножа не достанется, должен будет выполнить задание, предложенное остальными участниками.