Книга Если ты вернёшься, страница 114 – Вирсавия Вайс

А вот это просто поставило Тагира в тупик, когда войдя в Московский VIP-терминал, он увидел Татарского.

— Виктор. - Он кивнул ему головой. - Чем обязан?

— Разговор есть. - Жестко сказал Татарский. - Водителя отправь. Со мной поедешь.

* * *

— Я слушаю тебя, Виктор.

Они неслись по ночному городу, врываясь в поток машин, которые наполняли вены-дороги своей красной энергией стопаков. Москва, как новогодняя ёлка, светилась неоновыми пульсирующими огнями, словно огромный фантасмагоричный монстр, заряжая, передавая всем свой пульс, попав в ритм которого, уже невозможно было остановиться до самой смерти. Она, как вампир, поглощала, сжирала людские души, перемалывая и выплёвывая неудачников на обочину жизни, не замирая ни на секунду. Тагир выдохнул,отвернулся от окна и бросил взгляд на Виктора.

В салоне стояла тишина, которую нарушало мерное постукивание пальцев Татарского по рулю.

— Виктор? - Повторил вопрос Зайкалов.

— Ты же понимаешь, что Егор не успокоится, Тагир? - Жёстко начал Вик. - Пока он всех не упакует, война не закончится.

— Я думал, ты взял это на себя. - Хмыкнул он.

— Мой человек уже в его охране, но раньше конца июня убрать Егора нереально. Он постоянно на виду. С конца июня до середины июля он берет тайм-аут, я так подозреваю, для того, чтобы закрыть твой вопрос. Именно в это время он будет наиболее уязвим, и я его уберу. А до тех пор…

— Виктор, к чему ты ведёшь? - Тагир достал сигареты и затянулся, открыв окно.

— Оставь всё как есть. - Жестко сказал Виктор.

— Ты серьёзно? - Усмехнулся Зайкалов. - То есть ты мне сейчас хочешь предложить обсудить вопрос о том, чтобы моя жена жила со своим любовником, то есть с тобой, у него дома? Ты реально не понимаешь всю абсурдность этого разговора?

— А ты реально не понимаешь абсурдность вообще всего того, что между нами происходит? - Начал заводиться Виктор, постепенно втапливая педаль газа в пол. - Оставь её! Она никогда тебе не принадлежала! Она всегда была моя!

— Ключевое слово «была», Виктор. - Спокойно отбрил Тагир. - А мы говорим о том, что сейчас. Так вот, сейчас Ольга моя жена. И принадлежит мне.

— Не вынуждай меня идти на крайние меры, Тагир. - Голос Татарского становится колючим, ледяным. - Как только я устраню Карского, я уничтожу тебя следом за ним.

— Попробуй. - Холодно процедил Зайкалов. - Как ты думаешь, почему я ещё жив? А самое главное, знаешь ли ты, кто такой Казёный? И если ты думаешь, что, воспользовавшись компроматом, который у тебя есть, ты уничтожишь только меня, то это очень глубокое заблуждение. Ты запустишь цепную реакцию, которая в конечном итоге тебя же и уничтожит. Как ты думаешь, почему твой отец так и не использовал его в конце концов, а всего лишь спрятал как можно дальше? Эти документы могут стать смертным приговором не только Карскому и мне, но рикошетом зацепят, как минимум, ещё человек десять, обладающих немалым весом не только в нашей стране. И если ты рассчитываешь на то, что они будут сидеть и спокойно ждать, наблюдая за тем, как вся их отбеленная жизнь несется под откос, поспешу тебя огорчить. Эти бумаги даже на стол следователя не успеют лечь, как будет объявлен крестовый поход против всех, кто хотя бы видел эти папки, не говоря уже о самих документах. Поэтому советую подумать сто раз, прежде чем взрывать бочку пороха, на которой сам же и сидишь. Виктор, ты умный человек и прекрасно понимаешь, что в этом случае я прав. Мало того, как я понял, Ольга сделала выбор, а если ты здесь, то он сделан явно не в твою пользу. Надеюсь, ты не станешь делать глупости, и Ольга с дочерью завтра будут дома. Как мы с тобой уже говорили, ты исчерпал своё время, Виктор.