Книга На цепи, страница 68 – Анна Жнец

Это был саксаул, напрочь лишенный своих зеленых чешуек, полностью высохший под жгучим солнцем пустыни. Его кривые ветви и правда напоминали пальцы великана.

— А вот и проход, — шепнул Флой, чуть крепче сжав меня в объятиях, и показал в сторону мрачной пустоши.

Впереди до самого горизонта тянулись черные дюны. Песок в этом гиблом месте был похож на угольную пыль.

— Где? — сколько бы я ни всматривалась, как бы ни напрягала глаза, не могла разглядеть то, о чем говорил любимый. Никакого воздушного туннеля, образованного магией дха`ньян.

— Я ничего не вижу, — озвучил мою мысль Наилон. За время дороги синяки на его лице пожелтели, отеки спали, разбитый нос сросся, но немного криво, однако этот изъян совершенно не портил черты эльфа, наоборот, придавал ему мужественности и шарма. Как бы абсурдно это ни звучало, кулак Флоя только добавил Наилону красоты. Его внешность перестала быть сладкой.

— Понаблюдайте за тем, как преломляется солнечный свет, — посоветовал Флой.

Я прищурилась, водя взглядом по сторонам.

Наконец мои усилия увенчались успехом. Глядя на долину под определенным углом, я заметила, что в одном месте воздух дрожит, будто подернутый рябью.

Туда мы и направили своих верблюдов.

То, что мы внутри магического туннеля, стало понятно сразу. На смену раскаленному пеклу пришла внезапная блаженная прохлада. Именно она помогала держаться безопасной тропы и определяла ее границы. Когда я чувствовала, что солнце снова печет голову, то понимала, что покинула защитный проход, и пыталась в него вернуться.

Флой не ошибся — эта мысль наполняла облегчением. Старуха не соврала в одном, значит, и другие ее слова — правда. В конце пути нас ждут свободные земли, где люди и эльфы не заковывают друг друга в цепи. Надежда в моей душе боролась с тревогой. Я чувствовала себя обнадеженной, но боялась радоваться раньше времени.

Во второй половине дня свинцовые тучи заволокли небо. Поднялся сильный ветер, но внутри туннеля его порывы были едва ощутимы. Пыль по обеим сторонам от прохода стояла столбом, а потом мы с ужасом увидели надвигающуюся на нас с горизонта черную стену песка.

Буря.

Верблюды занервничали. Мы с Наилоном испуганно переглянулись. Флой крепче прижал меня к своей груди, и я почувствовала, как заполошно бьется его сердце, услышала рядом с ухом частое, прерывистое дыхание.

Выдержит ли туннель дха`ньян гнев неупокоенных душ? Или толпа призраков, обитающих в этой местности, сожрет нас?

Темная зловещая волна стремительно приближалась, пока не поглотила наш отряд, заслонив все небо. Мы оказались в ее чреве, в самом центре неистовой стихии.

В ушах стоял свист. Ноздри забивал запах тлена — зловонное дыхание мертвецов. Снаружи бушевал ураган, но на тропе мы были в безопасности. Черный песок дробью отскакивал от незримых стенок туннеля, будто натыкаясь на преграду из стекла.

Мы спешились, чтобы случайно не покинуть границы своего убежища, и продолжили дорогу, только когда буря стихла.

Дни сменялись ночами. Сколько раз с начала пути солнце пряталось за рельефом угольных дюн? Со временем я сбилась со счета. Пару раз мы видели вдалеке скорпионов, размером с дом. Голодные ящеры с костяными шипами на хребте подходили к самой тропе и следили за нами, роняя слюни с зубов-кинжалов. Каждая из этих тварей пыталась напасть, но ревела от боли и досады, когда защитные стенки туннеля били ее разрядами молний.