Книга На цепи, страница 22 – Анна Жнец

— Нет, — сказала я, и плечи эльфа расслабились.

— Пятнадцать золотых, — горячо выпалила Кефая и сильнее сжала пальцы на моем запястье.

Дроу задержал дыхание. Краем глаза я заметила, как его могучая грудь приподнялась в глубоком вдохе, но не опустилась.

— Он не продается.

Раб медленно выдохнул.

— Двадцать! — не унималась подруга.

Эльф сжал кулаки и до хруста стиснул зубы.

— Нет.

В этот раз, несмотря на мой категоричный ответ, невольник остался напряжен. По бокам его челюсти заиграли желваки, на лбу вздулись вены, на плечах округлились мускулы. Он смотрел на меня неотрывно, даже не моргал.

— Хотя бы на одну ночь, — сдалась Кефая. — Дай с ним позабавиться. Страсть как охота оседлать этого норовистого жеребца. Золотой за несколько часов. Соглашайся.

Рядом я уловила движение. Дроу шагнул ко мне. Его широкая ладонь приятной тяжестью опустилась на мою поясницу.

— Он мой, Кефая, только мой. Даже не вздумай его трогать. С этого момента я запрещаю вам обеим его обсуждать.

Пальцы раба чуть сжались на моей спине, загребая ткань платья.

Комнаты в Ашахра традиционно имели круглую или овальную форму, ведь люди в Сен-Ахбу верили, что в углах скапливается недобрый дух. В купальни они приходили отдохнуть, напитаться целебной силой воды и песка, почувствовать себя здоровыми и обновленными. Здесь все служило тому, чтобы человек расслабился, погрузившись в приятную негу.

Помещение, где принимали песчаные ванны, тоже было круглым. В центре круглой комнаты под круглым, купольным сводом располагался круглый бассейн, наполненный горячим, почти обжигающим песком. Его словно только-только доставили из пекла пустыни, прямо из-под жгучего, раскаленного солнца.

Бассейн окружали колонны. Возле каждой из них молчаливой тенью застыл невольник с корзинкой для банных процедур. Пухлые груди эльфиек были обнажены, чтобы радовать мужской взгляд. Гладкие мускулистые торсы эльфов услаждали женский.

Отборные, вышколенные рабы, рожденные и воспитанные в питомнике. Красивые и покорные. Не знавшие никогда свободы. Всем своим видом они показывали, что бросятся к тебе по первому зову и начнут обхаживать. Если госпожа пожелает, даже снимут со своих бедер короткую жалкую тряпочку — последний оплот целомудрия. Все для удовольствия временных хозяев.

Заметив собратьев, дроу рядом со мной напрягся. Ему было неприятно наблюдать за унижением своего народа. Я понимала его чувства, но не испытывала к невольникам особой жалости. Дикие эльфы жестоки, они насилуют человеческих женщин и убивают мужчин. Пусть лучше их руки украшают железные цепи, нежели стальные кинжалы.

— Зачем ты привела меня сюда? — прошипел темный. — Показать, как мне повезло оказаться в твоем доме, а не здесь?

Его красивое лицо исказилось от отвращения и брезгливости.

Угадал! Демон ушастый! Видит меня насквозь.

— Опять ты думаешь обо мне плохо, — картинно вздохнула я. — Это подарок. Я хотела отблагодарить тебя за ту убитую змею.

— Странные у тебя представления о подарках. Заставить меня смотреть, как мой гордый народ пресмыкается перед врагом, как ползает на коленях и униженно заглядывает в глаза захватчикам. Как прекрасных юношей и дев превращают в жалких подстилок.

— Я заплатила золотой, чтобы ты мог смыть с себя грязь. Ты не просто сопровождаешь госпожу в купальни. Все эти ванны и для тебя тоже.