Книга Внимание, разряд, страница 84 – Александра Седова

Кирюше просто нужна помощь: внимание, забота и целенаправленная коррекционная работа. Я могу это дать ребёнку. Уже нашла хорошую нянечку, имеющую опыт в присмотре за детьми с РАС, включая опыт общения с детьми-диабетиками. Она будет с сыном, пока я на работе.

Через год, перед школой, отправлю его в детский сад. В семь-восемь лет мой мальчик пойдёт в школу как обычный ребёнок.

Предвкушение материнских будней пробуждает желание жить, любить, видеть мир вокруг не только через призму докторского дела. Я стала замечать людей вокруг — не их тела (набор костей и органов), а их самих. Словно мир вокруг приобрёл краски, наполнился эмоциями, событиями… И моими чувствами.

Я всё так же безумно люблю жизнь. Люблю свою работу. Со временем всем сердцем полюблю сына. Эта любовь придёт во время заботы, во время первых успехов, во время тихого сопения по ночам.

Что же касается Акмаля, то я люблю его, только когда он рядом. Стоит парню исчезнуть, стать недосягаемым взгляду — все чувства спадают, как пелена. На смену страсти приходит холодный рассудок. На смену любви — страх будущего рядом с ним.

Сегодня день моего рождения. Праздник выпал на рабочую смену, поэтому я со счастливой улыбкой радуюсь новому дню и бегу на подстанцию, где меня встречают бурными поздравлениями.

Коллеги обнимают, дарят конфеты, шоколадки. Санька, пользуясь случаем, без стеснения вручил веточку лилии с тремя белыми цветами.

— Лилии, конечно, красивые, но от них голова болит! — вздыхает Вера Андреевна. — Саша, лучше бы розы подарил. Или гвоздики.

— А мне нравится, — вступаю на защиту парнишки, посылая ему улыбку. — И голова у меня от них не болит!

Ставлю цветок в дежурную, помутневшую от времени вазу, иду на улицу к машине.

У кареты Андрей курит. Улыбается, коробочку конфет протягивает, за плечи встряхивает:

— С днюхой, Ритка! Чтобы у тебя всё было, и тебе за это ничего не было! — смеётся.

Достаю из широкого кармана первую попавшуюся шоколадку, ему в ответ протягиваю:

— Держи, Ольге передай.

Мне столько шоколада подарили, что придётся раздавать соседям — так как я столько сладкого не съем.

После обмена сладостями запрыгиваем в машину. Начинаем утро чаем из Андрюхиного термоса с моими подарками.

Вызов прилетает: «Девушка, 19 лет, попытка суицида, перерезаны вены».

Свет, музыка — погнали.

Пока едем, слышу, как операторы с другими бригадами переговариваются. Произошёл взрыв котла на швейной фабрике, пожар, много пострадавших — на место происшествия отправляют все бригады.

Поджилки трясутся от желания немедленно ехать туда. Но сперва — девушка.

Быстрее ветра залетаем с Санькой в квартиру. Торопимся оба: понимаем, что на пожаре помощь требуется незамедлительно.

Дверь открывает парень, юный совсем, зелёный. В глазах — усталость, граничащая с дикостью. В прихожей — собранный чемодан с вещами.

Картина ясна как божий день: он решил уйти, она сразу за бритву.

Девушка в комнате на кровати стонет — спектакль разыгрывает. Почему спектакль? Потому что я видела тех, кто реально с жизнью прощался, — и она на них не похожа. Тут суицидом и не пахнет! Так, кожу порезала. Полоснула для вида. Попытка удержать внимание парня. Розыгрыш. Спектакль одного актёра. А там — пожар…

— Помогите, я умираю! — плачет девчонка. — Всё из-за него! Это он виноват! Скажите ему, что я умираю!