Книга Внимание, разряд, страница 30 – Александра Седова

Откуда силы? Ещё недавно я реанимировала его, заводила остановившееся сердце…

Похоже, бандиты как собаки — быстро выздоравливают.

В тот момент, когда за его спиной закрывается дверь, успеваю заметить: головорезы во дворе только сейчас повернулись и ожили, стали двигаться.

Парень несёт меня по лестнице на второй этаж. По сжатым губам и напряжению в теле понимаю, что ему больно, но он терпит.

Ставит меня на ноги только в комнате.

— Тебе нужно выспаться, — звучит как приказ.

— Мне нужно домой, — возражаю я.

— Потом я тебя отвезу, куда скажешь. А сейчас отдыхай, — его пристальный взгляд заставляет повиноваться.

Он уходит.

Дергаю ручку двери, проверяю, не заперта ли она. Нет. Я не в заложниках. Просто в гостях.

Становится легче.

Большая кровать со светлым постельным бельём и огромным пуховым одеялом манит теплотой и уютом. Как и сама комната — тёплая, светлая. Островок теплоты среди жестокой зимы.

Снимаю халат и ныряю под одеяло. Постельное бельё приятно пахнет сладким, нежным ароматом кондиционера. Ткань нежная, мягкая — окутывает тело, уносит в царство спокойного, безмятежного сна.

* * *

Растянувшись под одеялом, громко зеваю, потягиваясь во все стороны. Сколько я проспала? Наверное, несколько суток — чувствую себя прекрасно, полной сил. Может, загородный воздух, насыщенный кислородом, так влияет, а может, предшествующий стресс. Но спала я как убитая и полностью восстановилась.

Дико хочется есть.

Выглядываю в окно, отодвинув солнечно-жёлтую штору. На улице вечер. Освещённый уличными фонарями двор всё так же кишит охраной. Улыбаюсь, вспоминая, как они стояли по струнке, когда я вышла из бани, — как срочники перед генералом. Оказывается, это приятно.

Надеваю халат-шубу и выхожу из комнаты. Тихонько, стараясь никого не разбудить, спускаюсь по лестнице в поисках кухни и чего-нибудь съестного.

— Блять, дура! — гневно орёт уже знакомый голос со второго этажа.

Срываюсь обратно, бегу вверх по лестнице, по коридору — к закрытой двери, из щели которой по полу тянется жёлтая полоска света.

Не решаюсь сразу ворваться.

— Прости, Артём, я случайно, — трепещет женский тонкий голосок.

— Заткнись и делай свою работу! Ещё раз так надавишь — оторву тебе руки! — приказывает Артём.

По голосу слышно что парень безумно зол. И ему больно. У меня небольшой опыт работы на скорой, но я уже могу отличить, когда человек рычит или стонет от боли. Эту интонацию нужно не только слышать — чувствовать.

Открываю дверь — к счастью, она не заперта.

Артём сидит на стуле у стола, на котором разложены перевязочные материалы. Девушка — совсем молодая медсестричка в белом сексуальном халатике — неумело, дрожа, боясь вновь сделать больно, обрабатывает раны на его спине.

Его рука — та, что с цифрами, — держит её тонкое бедро под халатом, щупает, сжимает. Иногда детям в больницах дают в руки игрушки-антистресс, чтобы они могли мять их и отвлекаться от неприятных ощущений во время забора крови. Тут, видимо, то же самое.

Понимаю, что ничего особо криминального не происходит, и хочу скрыться, пока меня не заметили.

— Выспалась? — его голос застаёт врасплох.

Артём отпускает бедро медсестрички и, развернувшись на стуле, впивается в меня безумно красивыми голубыми глазами. Ловит мой взгляд, не отпускает. Изучает.