Книга Грязная подписка, страница 27 – Хантер Грейвс

Я прислонилась затылком к пластику холодильника, стараясь, чтобы в кадр не попал обшарпанный угол кухонного гарнитура.

— Привет, мам. Всё хорошо, просто засиделась над новой главой, —я намеренно не уточнила, какой именно была эта глава и в чьем присутствии она писалась.

— Твои книги... —мама вздохнула, и в этом звуке послышалась вся тяжесть ее разочарования. — Мы с отцом надеялись, что эта поездка поможет тебе пересмотреть свои приоритеты. Немного дисциплины, суровая реальность, отсутствие твоих сомнительных знакомств... Мы ведь отправили тебя туда не для того, чтобы ты продолжала запираться в четырех стенах.

Я едва сдержала усмешку. Родители были уверены, что депортация в страну бывшего соцлагеря — это изощренное наказание за мой «неподобающий образ жизни». Они думали, что холод, серые панельки и отсутствие элитных клубов выбьют из меня дурь и заставят взяться за ум.

Они и представить не могли, что их «тюрьма» оказалась самой плодородной почвой для моих грязных фантазий. Ирония судьбы: они хотели меня образумить, а в итоге подбросили прямо в лапы медведю, который сделал мой вымышленный мир осязаемым.

— Здесь очень... дисциплинированно, мам, — ответила я, чувствуя, как под толстовкой покалывает кожу в местах вчерашних ласк. — Намного строже, чем вы думаете.

— Ну, хорошо. Отец всё еще ворчит, но он будет рад услышать, что ты не ввязалась в неприятности, — мама чуть смягчилась. — Мы перевели тебе деньги на счет. Купи себе нормальное пальто, Эмма. И, пожалуйста, не забывай закрывать дверь на все замки. Говорят, в этих странах небезопасно.

«О, ты даже не представляешь, насколько», — подумала я, вспоминая зеленый огонек камеры в соседней комнате.

— Конечно, мам. Я в полной безопасности. Здесь за мной... присматривают.

Попрощавшись и сбросив вызов, я еще несколько минут стояла в тишине кухни. Руки всё еще немного подрагивали. Я чувствовала себя двойным агентом: для родителей я была заблудшей овечкой на перевоспитании, а для человека за монитором — кроликом, который только что получил свою порцию адреналина.

Я вернулась в спальню. Ноутбук всё так же стоял на столе. Я подошла к нему, чувствуя на себе невидимый взгляд, и, не садясь, посмотрела прямо в объектив.

— Ты ведь слышал это? — тихо спросила я. — Слышал, что я «в безопасности»?

На экране, в том самом окне диалога, медленно поползли новые буквы.

«Твоя мать права в одном, Эмма. Тебе действительно стоит закрывать дверь. Но не от меня. От меня замки не помогут».

Я даже немного расслабленно посмеялась. Звук получился нервным, но искренним. Ощущение сюрреализма происходящего немного притупилось, уступив место странному, почти бытовому любопытству. Конечно, он бдит. И, раз уж мы перешли на такой уровень откровенности, я решила задать по-настоящему каверзный вопрос.

— Как вы следите за всеми? Разве ваш народ этого не понимает? — произношу я на английском, зная, что он прекрасно уловит каждое слово. — Моя лампочка на макбуке прямо сейчас горит зеленым. Она же ясно показывает, что камера активна.

Я легонько, с вызовом постукиваю ногтем по пластиковой рамке прямо рядом с объективом:

«Все ноутбуки и смартфоны, привозимые на продажу в страну, проходят через обязательную государственную перепрошивку. Индикаторы камер на них программно и физически отключаются. Твой же куплен в оригинальном магазине в Лондоне. Тебе просто повезло получить визу сюда, кролик. Или у тебя совсем не простые родители. Обычно туристам и студентам нельзя ввозить непроверенную технику без полного досмотра и установки нашего софта».