Книга Пленница дракона. Клятва против сердца, страница 73 – Кристина Юраш

Чтобы не чувствовать себя совсем уж дикаркой, я неуклюже воткнула в жирную шкуру ветку розмарина. Выглядело нелепо. Как подношение языческому богу от бухгалтерши Люды. Но совесть была спокойна: я учла его природу. Не пыталась перекроить. Просто приняла. Но попыток как-то украсить блюдо я не оставляла.

Мука кончилась. Я пошла в кладовую. Там, в глубине, под слоем вековой пыли, пульсировала печать.

Древний круг из вросшего в камень метеоритного железа, исписанный канавками, по которым раз в сутки просачивался магический ток. Он тянул провизию из королевских закромов, не спрашивая разрешения, словно пуповина, связывающая изгнанника с дворцом, который его вычеркнул из списков наследников.

Я присела на корточки, развязывая тугую веревку мешка. Пальцы скользнули по грубой ткани.

Вспышка разорвала полутьму. Не огненная. Ледяная, режущая глаза, будто кто-то вскрыл пространство острой болью.

Воздух сжался, вытесняя кислород, оставив лишь звон в ушах. Я отшатнулась, споткнувшись о мешки, и упала на колени. В тот же миг кладовую заполнил гул. Тяжелые сапоги. Шуршание магических тканей. Запах озона, пота и смерти. Серые мантии. Боевые маги. Они заполонили узкое пространство, вытесняя тени, их доспехи лязгали в тесноте, как кости в мешке.

Среди боевых магов я увидела членов магического совета. Благообразные старцы в серых мантиях, чьи иллюзии разносят по домам дурные вести для родственников боевых магов, стояли передо мной во плоти.

Один из них снял капюшон, и я увидела лицо магистра. Он тоже заметил меня.

— Дитя мое, — голос магистра прозвучал бархатно, но в этой мягкости сквозила сталь.

Старик шагнул вперед.

Лицо исчерчено морщинами, глаза светятся усталой благосклонностью, которая не касалась зрачков.

— Я так рад, что вы живы. Знаете, я бы лично хотел поблагодарить вас. Вы тогда выполнили долг. Связались с нами. Указали путь. Пришлось поднять архивы, сопоставить магические частоты поставок… Мы нашли этот канал.

Внутри все похолодело. Я не рисовала символ на портале. Я вообще забыла о нем. Он так и валяется каменной крышкой под моей кроватью. И тут такое.

Они вычислили нас по хлебу. По мешку с мукой. По ниточке, которая тянулась от королевских погребов прямо в его логово. Глупость. Наивность.

Я скрипнула зубами, сдерживая рвущееся наружу слово, чувствуя, как под корсажем сбивается дыхание.

— А теперь, дитя мое, покажи, где он.

Уголки его губ дрогнули в улыбке, не коснувшейся глаз.

Я молчала. Смотрела на его руки. В пальцах он вертел странную вещь. Золотой цилиндр, исчерченный насечками, на конце — кристалл, внутри которого клубился черный дым. Артефакт. Он гудел на частоте, от которой ныли зубы, отдавая в виски тупым ударом. Ничего хорошего. Локатор. Или детонатор. Или то и другое сразу. Я не могла понять, что это… Память пожала плечами. Но вещица мне сразу не понравилась.

— Веди нас к нему. — Бархат слетел. Остался приказ, холодный и безжалостный. Капитан отряда сделал шаг вперед, лязгнув рукоятью меча, и в его движении не было ни капли сомнения.

— Я не знаю, где он, — прошептала я.

Так и хотелось сказать: «Он улетел, но обещал вернуться!». Но я промолчала. Я наблюдала. Сейчас главное — быстро сориентироваться. Понять расстановку сил. Понять угрозу.

Голос сорвался, но я заставила его звучать ровно. В голове мелькнула циничная, спасительная мысль: пусть пошлют разведку. Пусть наткнутся на него в коридоре. Ужин все равно будет сытным. Питательным. Орущим.