Книга Корона Олимпа, страница 165 – Кейт Ашер

Я застонал. Внезапно мне стало мало просто тереться о нее, как подростку в поисках быстрого удовольствия. Нет. Мне нужно было ловить ее стоны и слышать вздохи. Нужно было узнать, от чего именно она взрывается. Мне это было нужно как воздух.

Я был изголодавшимся человеком.

Мои изувеченные руки скользнули к ее бедрам, и я подсадил ее. Она инстинктивно обхватила мою талию ногами, и внизу живота скрутился жар от близости ее тела. Моя хватка была жесткой, отчаянной; ее — такой же яростной. Она отвечала на поцелуй так, будто заявляла на меня права, и мое опустошенное сердце желало, чтобы это было правдой.

Я не хотел ничего, кроме этого. Этой женщины. Этой страсти. Этого поцелуя.

Мне хотелось кричать с крыш, орать в бездну забвения — что я принадлежу ей, а она мне. Моя — чтобы обнимать, целовать, любить. Моя — чтобы защищать, беречь и поклоняться ей любым способом, какой потребует моя богиня.

Она шевельнулась, притираясь лоном к твердому бугру в моих штанах, вырывая стоны у нас обоих. Мой член дернулся в ответ — мне нужно было услышать этот восхитительный звук снова. Нисса была самым сильным наркотиком, а я — зависимым, преследующим экстаз.

Я отстранился от стены, и она ахнула, когда мы снова попали под ледяной поток. Я осторожно усадил ее на холодную кафельную скамью — удачное дизайнерское решение, которым я собирался воспользоваться сполна.

Она всхлипнула, когда я отстранился, и, клянусь Фуриями, это сотворило чудо с моей мужской гордостью. Усмехнувшись, я опустился на колени — подданный перед своей королевой; бог перед богиней; мужчина перед своей женщиной.

За все тридцать один год жизни я ни перед кем не преклонял колен. И вот я здесь — у ее ног. Зная, что проползу по битому стеклу, если она попросит. Я бы убил за нее, построил бы для нее города, сотворил бы, черт возьми, новую луну. И я скорее сдохну, чем позволю ей в этом усомниться.

Нисса замерла, когда я коснулся полоски обнаженной кожи на ее бедре. Кожа скользила под пальцами, когда первая пряжка ее кирасы расстегнулась у ребер. За ней с мягким металлическим щелчком последовала вторая. Ее дыхание пресеклось.

Я повторил это с другой стороны и осторожно снял доспех через голову. Под ним на ней не было ничего, кроме испачканной золотом ленты ткани на груди. Я видел, как тяжело вздымаются ее легкие под моим пристальным взглядом.

Мои глаза бродили по ее бледной коже. Член болезненно ныл от этого зрелища. Она попыталась прикрыться — по нашей связи скользнуло липкое чувство неловкости, — но я перехватил ее руки.

— Не надо. Не прячься от меня, — взмолился я. — Ты мучительно прекрасна.

Скривившись, я указал на свои ноющие яйца. Ее идеальные губы дрогнули. Мои пальцы поднялись выше, зацепившись за мокрый пояс кожаных штанов. Я замер, вопросительно вскинув брови. Мне было интересно, как далеко простирается ее разрешение на эту ночь.

— Келис, — прошептала она. — Я никогда… у меня не было…

— Я знаю. — Я мягко улыбнулся. Член ныл в тесных тисках штанов, но я говорил серьезно: я не возьму ничего, чего она не предложит сама.

— Позволь мне, — выдохнул я. — Пожалуйста, позволь мне заставить тебя забыть обо всем, кроме этого.

Она резко выдохнула и кивнула, приподнимая бедра ровно настолько, чтобы я мог стянуть промокшие штаны с ее идеальных ног. Усмехнувшись, я бросил их в кучу к доспехам и опустился на пятки.