Книга Корона Олимпа, страница 127 – Кейт Ашер

Он небрежно держал Разрушителя ночи, и меня накрыла волна благодарности — я уже успела полюбить этот клинок.

— Ну, осталось еще два испытания, — пробормотала я. — Полно времени, чтобы победить.

Два пугающе похожих рыка вырвались у моих защитников. Третий, громовой крик, обещающий возмездие, донесся с неба.

«Они больше не тронут тебя».

Уголки моих губ дрогнули в улыбке.

«А если попробуют — умрут», — поклялась Велира, пикируя вниз и изрыгая пламя в сторону группы зрителей, подошедших слишком близко. Пока они с криками разбегались, я бредово расхохоталась.

«Да. Пусть попробуют,— подумала я. — Со мной чертов дракон. Не говоря уже о двух мускулистых блондинах-богах, которые смотрят так, будто они — последняя линия обороны между мной и миром, который слишком глуп, чтобы вовремя остановиться».

— Мне нужен душ. Вези меня домой, Золотой.

Я призвала последние капли чернильной силы и заставила их образовать проем. Он вышел маловат — обоим богам пришлось пригнуться, чтобы пройти, а Ликосу и вовсе прижаться к земле, но через два шага мы были дома.

Нисса

В мгновение ока мы перенеслись из окровавленной, безумной арены под знакомое звездное небо. Я была на руках у Келиса, и это дало мне отличную возможность рассмотреть созвездия над головой: Уроборос, пожирающий собственный хвост, Спящий Титан, использующий руку вместо подушки, и символ Судьбы — Песочные часы, отсчитывающие наши оставшиеся дни.

Но луны не было никогда. Даже она не осмеливалась заглядывать в Подземный мир.

Келис прижал меня чуть крепче, пока нес вверх по лестнице и через двери дворца, стараясь не сдавливать мои ноющие ребра. Я с горечью думала о том, что эта передышка скоро закончится. Что он опустит меня на землю, исчезнет, и мы снова вернемся к притворству, будто лишь используем друг друга, чтобы продвинуться в Обряде.

Поэтому я позволила себе насладиться этими немногими украденными мгновениями близости — чем-то, чего я никогда не знала и в чем не смела признаться даже себе. Я прижалась к его теплой мускулистой груди, чувствуя, как под моей щекой учащается его сердцебиение, почти в унисон с моим собственным.

— Я разведу огонь, — пробормотал Харон. На его лице читалось беспокойство: брови сдвинуты, фирменная ямочка на щеке исчезла. Он взглянул на мои дрожащие руки, затем строго посмотрел на Келиса: — Неси ее наверх, в душ. Ей нужно согреться…

Харон схватил Келиса за руку, останавливая его. — …медленно. Нам не хватало еще ожогов и лихорадки в дополнение к остальным ранам.

— Я знаю, — прошептал Келис, глядя на меня сверху вниз. Эмоции сменялись на его лице слишком быстро, чтобы я успела их прочесть. — Я знаю, как о ней позаботиться. Я знаю, что ей нужно.

Харон хмыкнул и похлопал Келиса по спине, уходя. — Ладно, большой парень.

«Оставайся здесь. Со мной всё будет хорошо», — послала я мысль Велире, молясь, чтобы она послушалась, прежде чем мягко закрыть ментальную связь между нами.

Мне нужно было несколько минут тишины, чтобы остаться единственной хозяйкой в собственной голове.

Повелитель бурь настоял на том, чтобы нести меня до самой ванной, проворчав, что ему нужны только указания, а не мои язвительные замечания о том, что я могу ходить и что ноги у меня не нарисованы.

Он опустил меня только тогда, когда из душа пошла теплая вода, и то лишь на скамью, которую Харон добавил во время ремонта. Каждый раз, оказываясь здесь, я была готова расцеловать Гефеста за изобретение душа. Но тут я поймала свое отражение в овальном зеркале, и мои разбитые губы приоткрылись в шоке.