Книга Развод по-драконьи, страница 160 – Ольга Пашнина

Силы кончились. Я устало села прямо на пол, привалившись спиной к постели, и выдохнула. В висках пульсировала боль, жар, кажется, вышел на новый уровень. Меня била мелкая дрожь, и вдобавок ко всему скручивал кашель.

Ветреный, посмотрев на это безобразие, цокнул языком и сказал:

— Передам вашему жениху и коллегам, что вам немедленно нужно к лекарям. Если они еще способны воспринимать человеческую речь. В их номере каким-то чудом оказался приличный бар. И я не уверен, что они еще помнят, почему прячутся там.

— Спасибо, – кивнула я. – Спасибо вам за все.

— Кажется, мне полагается извиниться за то, что я обвинял вас в убийстве бывшего мужа.

Он умолк, задумавшись.

— Но я не буду. Я делал свою работу. Зато поблагодарю вас за поимку несостоявшегося убийцы вашего… э-э-э… будущего мужа. И очень надеюсь, что больше мне не придется разбираться в ваших мужьях, госпожа Хрустальная.

Ответить сил не хватило из-за очередного приступа кашля, и я просто махнула ему рукой.

Через несколько минут дверь открылась, и в комнату гурьбой ввалилась вся моя команда. Пьяненький Морган, напряженный и взволнованный Джулиан и слегка обалдевшая Делайла – ее не ввели в курс дела заранее, и когда вместо обещанного полета в Подземный привели в номер гостиницы этажом выше, изрядно удивилась.

Они нашли меня на полу, размазывающую по щекам слезы. Горячую, смертельно уставшую и замученную.

— Ну все, рыжик, все хорошо. – Джулиан опустился рядом. – Он признался?

— Да. В покушении на тебя и убийстве дракона. Я пообещала ему денег, чтобы он не упоминал в показаниях Принс. Думаю, расчет окажется важнее желания сделать назло нам.

— Не плачь. Я буду рядом, рыжик. Сейчас отнесем тебя к лекарю. Он заставит пить горькую настойку и дышать над травками. А когда ты поправишься, я выбью нам рейс в Океаниум. И мы проведем там целую неделю, наслаждаясь подводным миром. Обещаю.

Следующие минуты я с удивлением наблюдала, как люди, которые буквально ненавидели меня в начале работы, помогают мне собраться в лекарский дом. Как Делайла собирает вещи, тактично не позволив мужчинам копаться в шкафах. Как Морган берет сумку и мои документы, чтобы сдать номер, и помогает мне надеть куртку, а Джулиан подхватывает на руки.

— Все будет хорошо, рыжик. Ты просто переволновалась.

Я с облегчением, чувствуя, как сил не остается даже на то, чтобы держать глаза открытыми, откинулась ему на грудь и задремала. Может, и хорошо, что эта простуда проявилась именно сегодня, когда мы выманили у отца признание. Сейчас мне дадут лекарств и заставят поспать, а утром я проснусь прежней Квин, и не будет так больно и обидно от того, что сделал папа.

Когда мы ждали экипаж, Джулиан сказал:

— Знаешь, рыжик, за меня еще никогда так не сражались, как это сделала ты.

— А обо мне никогда так не заботились, – улыбнулась я.

— А я никогда не видел более сладкой парочки, – скривился Морган.

— А я… – Делайла задумалась, но махнула рукой. – Просто надеюсь, что дочь возьмется за ум и когда-нибудь я порадуюсь и за нее тоже.

Когда подъехал экипаж, Морган закинул в него вещи, а Джулиан уложил на скамейку меня.

— Поправляйся, Квин, – улыбнулась на прощание Делайла.

— Будем ждать тебя на работе, – кивнул Морган.

С трудом, но я нашла в себе силы кивнуть.