Книга Развод по-драконьи, страница 158 – Ольга Пашнина

— Что случилось?

— Это о твоей команде. Они… совершали рейс в Подземный. Что-то случилось с драконом, там пока не знают точно, но он не справился со спуском и… дракон упал, Квин. Упал в шахту. Все, кто был с ним, погибли. Вся твоя команда.

Я закрыла глаза и попыталась досчитать до десяти.

Хотелось закричать, бросить в отца что-нибудь тяжелое, только чтобы он замолчал. Но я усилием воли заставила себя сидеть, будто оцепенев. И слушать.

— Они еще никого не опознали, но нашли полетные документы, и сомнений в том, что это Джулиан и остальные – нет. Мне жаль, дорогая. Я знаю, как ты их любила.

— Жаль… – эхом откликнулась я. – Зачем ты пришел? Сообщить мне новость?

— В сложившихся обстоятельствах мне кажется, тебе лучше вернуться домой. Впереди непростое время. Будет опознание. Расследование. Тебе, как невесте, придется это сделать, увидеть его… Потом похороны. Ты не должна быть одна. Мы твоя семья, Квинни. Тебе нужна наша поддержка. Давай я отвезу тебя домой, в твою комнату. Вместе мы сможем все пережить. Я знаю, как сильно ты его любила. Но время лечит. Забудем о разногласиях, хотя бы на время. Я прошу прощения, что был с тобой так строг. Мне не следовало давить, если бы я знал…

Он покачал головой.

Меня все-таки стошнило. Я едва успела юркнуть в ванную и, умываясь ледяной водой, рассеянно думала, нужно ли мне снова выпить лекарства, если тело рассталось с ними, даже не успев толком принять?

Когда я вернулась в комнату, отец уже ждал со стаканом воды наготове.

— Как ты? Тебе нужен лекарь? Хочешь, я вызову…

— Нет, – оборвала его я. – Не нужен. Мне нужно несколько дней покоя.

— Дома у тебя будет все, что нужно, чтобы поправиться. Давай я помогу собрать вещи. Где твоя сумка?

Воду я все же взяла. Сделала несколько глотков, успокаивая взбунтовавшийся желудок. Когда головокружение прошло, села в кресло и кое-как собралась с мыслями. Как же не вовремя эта простуда!

— Давай не будем играть в эти игры, папа, я знаю, зачем ты здесь. Ты же всегда считал себя деловым человеком, вот и веди себя соответственно. Что ты хочешь?

— О чем ты, Квин? Я всего лишь…

— Тебе плевать на меня и мои страдания точно так же, как неделю или месяц назад. Как было плевать, когда я едва сводила концы с концами, выплачивая заем за учебу. С тех пор ничего принципиально не изменилось, разыгрывать представление передо мной не нужно. Я знаю, что являюсь наследницей состояния Джулиана. Ты тоже это знаешь. Ты хочешь вернуть меня в семью, чтобы я поделилась деньгами и спасла вас от разорения. Поэтому мой вопрос: что именно ты хочешь? Только не говори «все», потому что я не собираюсь с вами жить. Но и не стану опускаться до твоего уровня: с деньгами я помогу. Озвучь мне суммы, и обсудим условия их предоставления.

Отец долго молчал. Изображай он так внутреннюю борьбу на сцене какого-нибудь театра, сорвал бы часовые овации. Наконец, поняв, что я совершенно серьезно, он выпалил:

— Пятьсот тысяч ежемесячно! И новый дом.

— Хорошо, но ты перестанешь подкладывать Принс под каждого богатого мужика в округе.

— Принс взрослая девочка, способная принимать решения самостоятельно. Я ни к чему ее не принуждаю.

— Вот и оставь ее в покое. Пусть решает сама. Это первое условие.

— Хорошо. Есть второе?

— Да. Ответь мне на пару вопросов. Только честно, без утаек и увиливаний. На часть из них я знаю ответы, так что если решишь солгать – я пойму. Скажешь правду – получишь деньги и дежурную открытку с пожеланиями счастья на юбилей. Солжешь – отправишься доживать свои дни в приют для престарелых. С деньгами Джулиана я легко это устрою.