Книга В тени скалы, страница 95 – Ирина Дегтярева

«Может, я спугнул ее ироничным вопросом о симпатии к ХАМАС? – думал он, лежа на зыбкой воде, раскинув руки. – Но если бы спрашивал всерьез… Нет, рано, рано. Надо понять, насколько деморализовала ее эта история с расстрелом. Одно дело бомбить дистанционно, другое – увидеть жертв воочию, бегая по чужому дому, вступая берцами в еще теплые лужицы крови».

Гила поднырнула и дернула Руби вниз и, довольная собой, подтопив его и напугав, поплыла к яхте.

— Я есть хочу! – заявила она капризно. – Пригласил девушку, так корми.

Встрепанный Руби влез на яхту и молча направился на камбуз. Гила еще позагорала и затем, приняв душ, облачившись в длинный бежевый сарафан до пола, все так же, босая, с влажными кудряшками, едва достающими до плеч, пришла в салон.

Нарезая салат, Руби косился на нее. Она таскала у него из-под руки кусочки помидора, а он пытался понять – в том доме, в секторе Газа, стреляли только подчиненные Гилы или она сама тоже?..

С Гилой они жили бок о бок довольно долго, чтобы улавливать настроение друг друга. Она похлопала его по спине:

— Считаешь, я тоже стреляла?

— Мне-то что! Ты – майор, человек военный, подневольный. И в конце концов, вдруг бы десятилетняя девочка выстрелила в вас?

Раньше после таких слов в голову Руби полетел бы тяжелый предмет, но сейчас Гила начала оправдываться:

— Ты не можешь не понимать, в таких ситуациях и дети стреляют… Это упрек?

— Реплика из зала, – Руби сосредоточенно перемешивал салат. – А ты видела, как действует ИГИЛ на захваченных территориях?

— Сравниваешь нас с ИГИЛ? Они сродни, скорее, ХАМАС, – Гила явно напряглась при упоминании ИГИЛ.

— Насколько я знаю, они с ИГИЛ не дружат. С ними мало кто дружит. А наши, я слыхал, как раз нашли общий язык с ИГИЛ.

— Слыхал? – переспросила Гила. – Мне казалось, что твое направление работы в Моссаде не подразумевает информированность в этом вопросе.

— А я вот информирован, – развел руками он. – Садись есть.

— И что по этому поводу думают в твоей конторе?

— Тебе виднее, – Руби интуитивно решил форсировать разговор, раз уж их с Гилой общение сразу попало в ту плоскость, которая его интересовала.

Какое-то время Гила молча ела. Руби осознавал, что ее молчание – это затишье перед бурей. Он не стал дожидаться, пока она обмозгует сказанное им и догадается, куда он клонит. А Руби не сомневался – Гила догадается. Он заговорил первым:

— Ты считаешь это хорошей идеей – прикармливать боевиков? Тем более таких, как игиловцы. Тренировать, инструктировать их бойцов.

Гила опустила глаза в тарелку. Руби подобрал ноги, чтобы быстро вскочить при непредвиденных обстоятельствах, а они должны были вот-вот наступить.

— Не понимаю, почему тебя так интересует мое мнение на этот счет? – она дернула плечиком.

Гила еще не догадалась, что провоцирует он намеренно, или делала вид, считая подобные вопросы случайностью, праздным любопытством.

— Хочу услышать мнение из первоисточника.

Она фыркнула:

— Ты медкомиссию давно проходил? Тебе надо не к психологу даже, а к психотерапевту. Где я, а где ИГИЛ?

— А если я скажу, что гораздо ближе, чем ты пытаешься сейчас преподнести. А если я назову тебе имя – Махди Наср?

По словам Гидеона, этот Наср сбежал из ИГИЛ, был человеком не маленьким в этой организации, теперь укрывался от игиловцев на палестинской территории, на Западном берегу, где с ним и встречался Гидеон.