Книга Под наживкой скрывается крючок, страница 42 – Ирина Дегтярева

Самолет приземлился вовремя. Было принято решение не вылавливать Дедова в толпе прилетевших, а брать сразу после прохождения паспортного контроля. Чуть было не вышла заминка, потому что Ермилов упустил из виду дипломатический паспорт Юрия Леонидовича и то, что он будет проходить паспортный контроль отдельно. Но вовремя скорректировал свои действия с оперативной группой, которая и должна была осуществлять само задержание.

Уже было принято решение о лишении Дедова дипломатического иммунитета, но документ об этом Ермилов на руках еще не имел. Поэтому они с Карповым запланировали арестовать багаж Юрия до получения этой бумаги.

Высокий, крепкого телосложения мужчина с темными волосами, чуть тронутыми сединой, шел к паспортному контролю уверенной походкой человека, привыкшего к своим привилегиям дипломата. За ним с похожим выражением надменного лица шла жена под ручку с дочерью. Кроме маленьких сумочек у дам и увесистой брезентовой сумки с яркими наклейками в руках Дедова — багажа у них не было.

В принципе Дедова могли задержать и оперативники, но Ермилов не стал отказывать себе в удовольствии лично присутствовать при его задержании.

— Дедов Юрий Леонидович? — проформы ради спросил он, глядя в спокойные глаза мужчины. На лице Юрия не дрогнул ни один мускул, хотя Руденко отзывался о нем, как о человеке довольно нервном. — Вам придется пройти с нами.

— Я — дипломат, — выдал он ожидаемую фразу. — В чем, собственно, дело?

— А я — следователь по особо важным делам Генпрокуратуры России полковник Ермилов. Вот санкция на ваше задержание.

Юрий пробежал глазами бумагу и чуть побледнел.

— Ничего не понимаю. Это какая-то ошибка.

— В чем дело? — вступила со своей партией встревоженная жена. — Юра, что происходит?

— Не волнуйся! Позвони Лукичу. Позвони Васильеву. Пусть приезжает в Генпрокуратуру. Вы ведь повезете меня в прокуратуру?

— Именно, — Олег Константинович планировал провести первый пристрелочный активный допрос и еще утром радовался, что самолет прилетает днем и допросу ничего не помешает. Но сейчас, видя реакцию Дедова, он засомневался: не лучше ли будет помурыжить Юрия денька два в «Матросской тишине» и потом уже допросить?..

— По статье двадцать седьмой Венской конвенции вы не имеете права вскрывать или досматривать дипломатический багаж, — Дедов не торопился отдавать оперативнику свою брезентовую объемную сумку.

— Полагаю, вы в кратчайшие сроки будете лишены дипломатической неприкосновенности. Поэтому багаж ваш в присутствии понятых мы изымаем до получения нами разрешения на вскрытие. Там содержатся служебные документы, имеющие отношение к Внешторгу или работе посольства?

— Нет. Кроме одной коробки, — нехотя признал Дедов. — Есть еще чемоданы, которые мы пока не получили. Там наши вещи. Дипломатическая неприкосновенность распространяется также и на них.

— Да, но тот багаж без спецнаклеек, и таможенники имеют право досмотреть его в вашем присутствии, и мы отдадим его вашей жене, если там нет ничего незаконного.

Карие глаза Дедов прищурил, словно дневной свет причинял ему боль.

— Позвольте узнать, какие обвинения мне предъявлены?

— Обвинения вам предъявят позже. Вы задерживаетесь по подозрению в злоупотреблении должностными полномочиями.

Ермилов с Карпенко решили, что о мошенничестве лучше пока не говорить, так как это еще бабушка надвое сказала. Докажут или нет… А вот собственность в Москве, Московской области и за границей — это неопровержимый факт и повод для ареста: имея собственность на Кипре, подследственный не может быть выпущен под подписку о невыезде — велика вероятность побега за границу.