Книга Синдром, страница 145 – Катори Ками

"Не с тобой!" — билась в голове мысль. Ирвин неосознанно поднялся, скрестил руки на груди, закрываясь.

— Мне бы хотелось остаться друзьями, — сказал он. — Расстаться без неприятного послевкусия. Чтобы мы вспоминали наши отношения с теплом.

— Конечно, — Шон с усмешкой кивнул. — Я понял. Просто друзья, просто секс. Так как?.. — он выгнул бровь и потянулся было к Ирвину, как вдруг послышался звук открываемой балконной двери.

Окна хозяйской спальни выходили как раз на бассейн. Ирвин не был уверен, знает ли об этом Шон, учитывая, что тот всегда спал в гостевой, но об этом хорошо знал Брендон. Он-то и вышел на балкон в одном полотенце и с толстенной сигарой в зубах. Солнце немедленно высветило все его шрамы, вызолотило волосы и подчеркнуло рельеф рабочих четких мышц.

Ирвин невольно залюбовался Брендоном. Смотрел, как перекатываются под кожей мышцы, как губы красиво обхватыватывают толстый край сигары. Ирвин ненавидел табак и все, с ним связанное, после Кайла, обожавшего дымить в постели, но на курящего Брендона у него почти встал. Особенно, когда сигара наконец разгорелась, и по воздуху поплыла струйка ароматного дыма — Ирвину отчаянно захотелось, чтобы на месте этой сигары оказался его член.

— Что это? — раздалось сзади, и Ирвин вздрогнул от неожиданности: засмотревшись на Брендона, такого живого и довольного этим миром, самим собой и своим местом в нем, он совершенно позабыл о Шоне. — Ив, как он смеет? Это моя спальня! — Шон неожиданно перешел на визг.

— Вообще-то, моя, — Ирвин заставил себя повернуться лицом к Шону и едва не отшатнулся: от миловидных черт не осталось и следа. Шон выглядел, как злая ведьма, скинувшая благообразную личину: глаза засветились безумными огнем, ноздри раздувались, а губы растянулись, обнажая зубы. Шон почти до смешного напоминал Харви Двуликого. — И мой любовник курит на балконе, наверное, мы разбудили его разговорами.

Несколько секунд Шон молчал.

— Господи, ты так и не понял, — сказал со смешком. Поднялся с колен, возвышаясь над все еще сидящим Ирвином. — Все, Ив, не будет больше любовников, — улыбнулся чужой, незнакомой улыбкой, наклонился, почти касаясь губами уха. — Это ведь я. И ты — мой.

А потом молниеносным движением взял шею Ирвина в неимоверно сильный захват.

Паника была совсем рядом, грозя утопить в адреналине остатки здравого смысла. Ирвин схватил Шона за руки, бесполезно пытаясь оторвать от своей головы. Но Шон методично давил Ирвину на подбородок, выворачивая голову набок. Связки напряженно болели, от недостатка кровоснабжения перед глазами поплыли круги. Еще пара сантиметров — и кости не выдержат, раскрошатся. Ирвину Вайсу свернут шею как рождественскому гусю.

А потом все вдруг исчезло. Как рядом оказался Белл, Ирвин понял далеко не сразу — лишь когда увидел безнадежно испорченную лужайку под спальней. Без единого звука Брендон спрыгнул с балкона и ударил Шона в челюсть, единственным ударом оторвав его от Ирвина и отправив в полет спиной в бассейн. Развернув Ирвина к себе, Брендон ощупал его шею, заглянул в глаза, провел пальцем перед глазами и одобрительно похлопал по плечу. А потом сделал вид, что набирает номер на телефоне, и прыгнул в бассейн.

Ирвин позволил себе несколько секунд просто смотреть, как Брендон вытягивается струной, как на миг зависает над водой, а потом плавно и четко входит в нее. Как игла в ткань. Белл уже рассекал бассейн широкими мощными гребками, а полотенце, свалившееся с бедер, только-только опустилось на воду у самого борта, как знак капитуляции Шона.