Книга Смерть чужака, страница 52 – Мэрион Чесни Гиббонс

Хэмиш поднял на него глаза.

— Другими словами, вы все решили не искать убийцу.

— Я этого не говорил, — сказал Андерсон, поднимая стакан на свет и прищуриваясь.

Хэмиш выудил показания.

— Вот! Что миссис Стратерс делала в «Клахане»?

— А, эта. Собирала деньги для помощи голодающим в странах третьего мира. Кажется, она постоянно заводит по субботам в пабе свою шарманку, потому что знает, как легко пьяницы расстаются с деньгами.

Хэмиш перешел к показаниям Дженни. Его удивило то, что Блэр без вопросов их принял. В субботу утром она вместе с Мейнворингом гуляла на Клахан-Море. Они часто поднимались туда, беря с собой фляжку с кофе. Он принялся оскорблять ее картины. В паузах между издевками он смеялся и курил трубку. Она ударила его по лицу и выбила трубку изо рта. После этого она убежала.

— Я поражен чуткостью Блэра по отношению к хрупкой творческой душе, — сухо сказал Хэмиш.

— В каком смысле? — лениво спросил Андерсон.

— В смысле Дженни Ловлас и Мейнворинга.

— А, вся эта брехня насчет художественной целостности и как это ранило ее в самую душу? По мнению Блэра, Мейнворинг поимел эту горячую штучку, а потом бросил.

— Следи за языком! — гневно вскрикнул Хэмиш.

— Расслабься, дружище. Не я это сказал. Я лишь повторяю слова Блэра. — Андерсон задумался, стоит ли добавлять следующие слова Блэра о том, что любая, кто захочет раздвинуть ноги перед таким болваном, как Хэмиш Макбет, раздвинет ноги и перед кем угодно. В итоге Андерсон решил промолчать.

Хэмиш с трудом подавил гнев. И встревожился, когда осознал причину своего гнева: в неприятных комментариях Блэра все же была доля правды. Мейнворингу было почти шестьдесят, и Адонисом его не назвать. Но он был хорошо сложен, и союз двух умных, понимающих друг друга людей мог показаться соблазнительным такой женщине, как Дженни.

Дверь полицейского участка открылась, и вошел Диармуд Синклер. Андерсон залпом опрокинул в себя стакан виски и ушел, прихватив с собой початую бутылку.

— А ты и правда покончил со своим затворничеством, — сказал Хэмиш, когда фермер уселся напротив. — Болтаешься по округе, как двухлетний ребенок. Утром я уезжаю в Инвернесс, так что, если хочешь, могу сэкономить тебе время и купить тот подарок. Мне все равно нужно в отель «Глен Эбб», чтобы проверить алиби Росса.

— Не надо, — сказал Диармуд. — Хочу съездить сам. Кстати, пока будешь там, закажи-ка мне номер в «Глен Эбб», и пусть там будет телевизор и ванная.

— А танцовщиц тебе не заказать? Смотрю, живешь на полную катушку. Уже решил, что подарить малышу Шону?

— Игрушечный поезд, — мечтательно сказал Диармуд, — с крохотными такими домиками, полями, вагонами и всем прочим.

— Придется раскошелиться, — сказал Хэмиш. — Не говоря уже о цене номера в «Глен Эбб».

— Я маленько поднакопил, — сказал Диармуд. — Просто забронируй мне номер на вечер пятницы.

После ухода крофтера Хэмиш заехал к миссис Мейнворинг и попросил у нее фотографию мужа. Он подумывал послать ее в Лондон Рори Гранту из «Дейли Рекордер». Беспорядки в Париже закончились, и репортер, возможно, сможет узнать что-нибудь о Мейнворинге из газетных архивов. Его визит был очень коротким. Миссис Мейнворинг и его дом нагоняли на него тоску. Переполненные пепельницы, пыль на всех поверхностях, и вдобавок — совершенно пьяная женщина.