Книга Смерть чужака, страница 23 – Мэрион Чесни Гиббонс

Мейнворинг вдруг разразился хохотом и хлопнул Алистера по спине.

— Ну, как говорится, старина, — сказал он, — рыбак рыбака... — Продолжая посмеиваться, он ушел.

Алистер тупо застыл, пытаясь понять, что значила фраза «рыбак рыбака». Затем где-то внутри у него забурлило и растеклось по всему телу медленно кипящее возмущение.

— Я убью его! — прорычал он.

***

Позже тем же вечером миссис Стратерс, жена священника, читала на Собрании матерей в городском клубе лекцию о приготовлении пищи в микроволновой печи. Лекция как раз подходила к концу, и приготовленные миссис Стратерс блюда были гордо расставлены перед ней на столе. Вошел Уильям Мейнворинг, его глаза пробежались по залу, очевидно, в поисках жены. Миссис Стратерс порадовалась, что Агата не пришла, и взмолилась про себя, чтобы Мейнворинг поскорее ушел.

— На этом я заканчиваю свою лекцию, — сказала она. — Я принесла с собой бумажные тарелки, одноразовые ножи и вилки, чтобы вы, дамы, попробовали, что получилось.

Ее губы нервно дернулись, когда Мейнворинг подплыл к столу.

— Какой странный выбор блюд, — удивленно сказал он. — А это что в чашке?

— Кисло-сладкий соус, — ответила миссис Стратерс.

— И из чего он?

— Ананасовый сок, повидло и ложка уксуса.

— Фу! — скривился Мейнворинг. — И гляньте на этот запеченный картофель — да он же полусырой.

Он схватил вилку. Миссис Стратерс издала странно жалобный блеющий звук, как ягненок, заблудившийся ночью в горах. Она знала, что картошка недопеклась, и надеялась, что ей удастся отвлечь от нее внимание.

— Жесткая, как камень, — торжествующе заключил Мейнворинг. — Кстати, если уж речь зашла о микроволновой печи, то с ней все очень просто.

Он обошел стол и принялся рассказывать. Женщины беспокойно переглянулись, а затем, с присущим шотландцам талантом избегать неловких ситуаций, слушатели постепенно испарились.

Миссис Стратерс с трудом сдерживала слезы, глядя на свою стряпню. Там было много и удачных блюд.

— Ладно, мне, наверное, пора, — сказал Мейнворинг, который осекся, поняв, что обращается к пустой комнате.

Когда за ним закрылась дверь, миссис Стратерс рухнула на стул и расплакалась. Она взяла бутылку хереса, которую использовала для готовки, и сделала глоток прямо из горла. Впервые за всю свою праведную жизнь она почувствовала желание убить человека.

Мейнворинг вернулся в «Клахан». Закончив мучить кого-то, он тут же приступал к поиску следующей жертвы. Его взгляд упал на Гарри Маккея, сидевшего в углу. Он быстро направился к нему.

— Бизнес у вас, кажется, сейчас совсем плохо идет, — весело сказал Мейнворинг.

— С чего вы взяли? — кисло спросил Гарри Маккей.

— Просто сейчас никому не нужна собственность, вот вы и прозябаете большую часть времени здесь.

— Как и вы, — неприязненно ответил агент по недвижимости.

— Интересно, что подумали бы ваши работодатели в Эдинбурге, узнай они, что вы целыми днями только и бездельничаете, — протянул Мейнворинг.

— Вы не посмеете... — задохнулся Гарри Маккей.

— Посмею, — рассмеялся Мейнворинг. — Будто вы меня не знаете.

— О, я вас хорошо знаю, — с горечью сказал агент по недвижимости. — Мы все знаем.

***

Наконец Уильям Мейнворинг вернулся домой, чтобы попробовать вывести из себя жену и на том завершить вечер. Она всегда утверждала, что совсем не пьет. Он перерыл все, но так и не смог найти пустую бутылку, потому что Агата закопала ее в саду. Это было самое дешевое вино под названием «Горное сновидение», произведенное на местной винодельне. Она не могла покупать ничего дороже на те деньги, что выделялись ей на домашнее хозяйство. Чтобы объяснить недостачу в штофе, Агата заявила, что это Хэмиш выпил виски утром, но больше к ним никто не заходил, и переложить ответственность было не на кого, поэтому ей пришлось купить бутылку дрянного вина.