Книга Наследство художника, страница 3 – Марина Серова

А тем временем в тихой, тайной студии на окраине города истина оставалась в полной безопасности, надежно спрятанная в дубовой раме, обрамлявшей последний шедевр мастера. Ловушка, расставленная умирающим художником, захлопнулась, но добыча еще даже не подозревала, что сама стала частью чужой интриги. Игра только начиналась, и главная роль в ней была отведена не вору, не алчным родственникам, а той, кому только предстояло войти в эту историю — частному сыщику с циничным взглядом и костями для гадания в кармане.

Мой день начался с катастрофы — закончился кофе. Не та безвкусная труха, что продается в супермаркетах, а настоящий, свежеобжаренный эфиопский мокка, пахнущий шоколадом и спелыми ягодами. Три дня я откладывала поход к обжарщику, и вот — возмездие. Пустая банка смотрела на меня с укором, а я, стоя посреди кухни в шелковом халате, чувствовала себя преданной. Вселенная явно намекала, что сегодняшний день не задался. И, как выяснилось позже, Вселенная, как всегда, была права.

Пока я ворчала и перебирала запасы в надежде найти забытый пакетик с зернами, заодно собирала с ближайшего кресла одежду, раскиданную вчера поздним вечером. Кашемировые брюки, пара туфель, шелковая блуза, на которой темнело пятно от пролитого кофе. Все это складывалось в картину возвращения с дела, закончившегося далеко за полночь. Но сейчас каждая деталь должна была выстроиться в безупречный ряд.

Я разгладила ладонью мятый шелк блузы. Под пальцами ткань оживала, становясь гладкой, холодной и безразличной — именно такой, какая мне сейчас была нужна. Этот утренний ритуал облачения был важнее любой молитвы. Материя, крой, цвет — все это были не просто слова из модного глоссария.

Это был мой рабочий код, первая фраза в разговоре, который еще не начался. Когда нервный, не уверенный в себе клиент видит меня в таком облике, в его подсознании щелкает: «С ней не торгуются. Ее услуги стоят своих денег». Я не та девушка, которая умоляет о работе. Я та, кто решает проблемы. И мой внешний вид — это первый и самый важный фильтр. Он отсекает скупердяев, любителей «попроще» и всех тех, кто считает, что частный детектив — это бывший мент в потертой косухе.

Нет, дорогие мои. Я — Татьяна Иванова. Высокая зеленоглазая блондинка с идеальной фигурой и лицензией частного детектива. И моя одежда говорит об этом громче любых слов. Это цинично? Возможно. Но это работает. Безупречный образ — это не про красоту. Это про дистанцию, которую нельзя перейти, и про правила, которые диктую я.

Чудом в дальнем углу шкафа я нашла завалявшийся пакет с ямайскими зернами. Пока кофемашина с божественным урчанием делала свое дело, я оценила свое отражение в зеркале прихожей. Идеально. Дорого. Стервозно. Неприступно. Сегодня мой прикид был безупречен. Оставалось лишь понять, на кого его направить.

Как и перед началом каждого нового дела, я обратилась не к логике — к ритуалу. Не к молитве — к костям. Три двенадцатигранные кости из черного агата, холодные даже сквозь бархатный мешочек.

Правила были просты и не терпели суеты. Бросаешь все три кости трижды. Суммируешь то, что выпало, каждый раз. Потом складываешь три получившихся числа. Это и будет ответ.

Я высыпала их на полированную столешницу. Первый бросок. Они перевернулись, звеня, и замерли — 9.