Книга Жемчужный дебют, страница 88 – Александра Миронова

— О вас и речь не идет, — покачала головой Анна, — это мне некомфортно переодеваться в вашем присутствии.

— Да что вы… — начал было Калинин, но потом махнул рукой и вышел за дверь.

Быстро одевшись и обмотав шею плотным шарфом, Анна присоединилась к продюсеру спустя пять минут. Но не успела и выйти из домика, как подвернула ногу, громко вскрикнула и упала в снег.

— Да тише вы! — шикнул на нее Калинин и протянул руку, помогая встать. — Всех перебудите!

— Ну простите, — возмутилась Анна, вставая из сугроба и отряхивая снег с пальто.

— Больно? — неуверенно поинтересовался Калинин.

— Больно. Не перелом, но вполне может быть растяжение. Может быть, вы пойдете сами, а я вас внутри подожду?

— Ну уж нет. Лучше я буду держать вас за руку, чтобы вы снова никуда не свалились. Если будет тяжело идти — опирайтесь на меня, — Калинин притянул ее к себе, и Анна почувствовала, как он пышет жаром. Не человек, а паровоз. Такой же твердолобый, горячий и мощный.

— Я стащил ключи у Евгения, — признался Калинин шепотом, когда они уже подходили к «Почивальне». Анна хромала, из-за чего они шли мучительно медленно.

— Я в курсе. Вор из вас никудышный, но откуда у вас вообще такие замашки?

— Развлекался по молодости. Скучно было, щекотали с друзьями нервы. В основном крал ключи от папиного бара с элитными коньяками.

— Так вот откуда у вас такая любовь к коньяку?

— Да, все проблемы родом из детства, — авторитетно заявил Калинин, а Анна улыбнулась.

Один из ключей на украденной связке подошел к входной двери, и, открыв ее, они вошли в столовую. Не зажигая свет, проследовали в оранжерею, где Анна, поскользнувшись на падавшем с их одежды и моментально таявшем снеге, снова подвернула ногу и упала на пол. Возмущенный Калинин подал руку, чтобы ее поднять, но Анна неожиданно притянула его к себе и поцеловала.

Даниил замер от недоумения буквально на секунду, а затем прижал ее к себе, и поцелуй стал жарким. Только спустя несколько минут Анне с трудом удалось остановить это безумие. Она оттолкнула от себя Калинина и, тяжело дыша, отошла в сторону.

— Простите, не сдержалась, — тихо сказала она.

— Понимаю, — Калинин усмехнулся и стал чрезвычайно похожим на кота, наевшегося жирной сметаны, — это непросто, когда я рядом. Но когда все закончится, я был бы вовсе не против…

— Нет-нет, простите, — Анна смутилась и забормотала. — Это… это была минутная слабость…

— А вы ведь так ничего толком и не рассказали о себе, — вдруг вспомнил Калинин. В отблесках лунного света, отражавшегося от огромного окна, он казался портретом аристократа прошлого века. Умные грустные глаза, высокий лоб, пушистые усы, чуть тронутые сединой. — Чем вы занимаетесь, чем интересуетесь, как живете. Почему приехали сюда? Что ищете? Вы замужем? Если да, то почему вы здесь одна?

— Слишком много вопросов, — покачала головой Анна, — ненужных вопросов. Давайте просто проверим, не превратились ли наши умершие в призраков, если вам так угодно, и разойдемся по своим домам. Я устала и хочу спать.

Некоторое время Калинин пытался вглядеться в выражение ее лица, но Анна стояла спиной к окну, поэтому ее лицо оставалось в тени. Так ничего и не разглядев, он развернулся и, поддерживая ее за руку, продолжил путь.

Из оранжереи они прошли в жилой корпус, где остановились возле лестницы.