Книга На краю несбывшихся надежд, страница 80 – Оксана Ласовская

— Родила? Все хорошо?

— Вы отец ребенка?

— Да, — кивнул Дима и похолодел: — Что случилось? Они хоть живы?!

— Живы, — кивнул доктор, и Дима облегченно выдохнул. Но ненадолго. — Пойдемте, мне нужно вам кое-что сказать.

— Что? Что-то с ребенком?

Врач, больше ни слова не говоря, проводил его в кабинет и сам устало опустился на стул.

— Присаживайтесь. Скажите, как вас зовут?

— Дмитрий.

— А отчество?

— Не нужно отчества! Скажите, наконец, что стряслось?

— Дмитрий, у вашего мальчика врожденная асфиксия.

— Что? — обомлел Дима. — Что это такое?

— Врожденная асфиксия новорожденных. У ребенка расстройство дыхания, что влечет за собой нарушение сердечного ритма, нарушение кровообращения в организме.

— Боже мой, но почему? — ужаснулся Дмитрий. — Почему это случилось?

— Вот об этом я и хочу поговорить. Ваша жена прикреплена не у нас, ее сюда просто доставили по скорой, скажите, чем она болела?

— Да ничем, Мира недавно обследовалась, у нее все хорошо! Да и чувствовала она себя хорошо! Правда, была одна странность…

— Так, — насторожился доктор. — Какая странность?

— Недавно Мирослава почувствовала себя плохо, ночью она стала задыхаться, но потом ей стало лучше. А утром вдруг началась сильная рвота. Ее забрали в больницу, провели полное обследование и сказали, что она абсолютно здорова. А все случившееся назвали поздним токсикозом.

— Поздний токсикоз — это очень опасное осложнение при беременности. Он может нарушить работу жизненно важных органов. И ее просто так отпустили домой? — возмутился врач.

— Но у нее все прошло! Чувствовала она себя прекрасно, поэтому и решили, что смысла лежать в больнице ей нет.

— Нет смысла, — пробурчал доктор. — Всегда лучше перебдеть, чем недобдеть. Первичная асфиксия новорожденного обычно связана с внутриутробной недостаточностью кислорода.

— То есть ему не хватало дыхания?

— Ну, грубо говоря, да. И причин этому великое множество. Будем выяснять.

— Это очень опасно? — тихо спросил Дима.

— Сейчас малыш в реанимации. Мы делаем все возможное.

— Все возможное? Вы… — нервно сглотнул мужчина. — Вы хотите сказать, он может умереть?

Врач помедлил с ответом, избегая смотреть ему в глаза:

— Давайте будем надеяться на лучшее, — наконец вздохнул он.

— Такое часто бывает? С другими детьми?

— Примерно четыре — шесть процентов детей.

— Так мало… Почему именно наш?

— Успокойтесь. Вы должны быть сильными.

— А Мира? Она как? — опомнился Дима.

— Девушка тоже не в лучшем состоянии. У нее началось кровотечение, сейчас она тоже находится в реанимации. Но на данный момент ее жизни ничего не угрожает.

— Господи… Можно мне к ней?

— Ни в коем случае! Я же сказал, она в реанимации!

— Что мне сейчас делать? — с отчаянием глядя на доктора, спросил мужчина. — Может, что-то нужно? Какие-то лекарства? Я все достану!

— Поезжайте домой и отдохните, — посоветовал врач. — Сейчас вы ничем не поможете, и ваше присутствие здесь не обязательно. Оставьте свой номер, мы вам позвоним, если что.

— Если что? — горько усмехнулся Дима.

Вместо ответа доктор протянул ему листок бумаги.

— Не надо, возьмите мою визитку, — протянул ему картонный прямоугольник Дмитрий и поднялся. Пожав на прощание руку врачу, он покинул больницу и поехал домой к Антонине Викторовне. Ему еще предстояло сообщить плохие новости родным Мирославы.