Она сжала предмет в руке.
Глория тревожно вскрикнула, но Хлоя видела перед собой только холодные как лед светло-голубые глаза Эдама. Миг – и он бросился на нее, высоко подняв правую руку. В последний момент Хлоя разглядела, что именно Эдам держит в кулаке. Сверкающая острая игла была нацелена прямо на нее.
В панике она взмахнула зажатым в руке инструментом… Отчаяние, страх, необходимость бороться за свою жизнь придали ей сил. Железный инструмент опустился по широкой дуге, ударил Эдама в висок. В то же самое мгновение Эдам вонзил ей в плечо иглу.
Удар болью отдался в локте, и Хлоя выронила свое оружие. Пронзительно закричала Глория. Эдам пошатнулся, глаза его изумленно расширились. Из раны на виске потекла кровь, и он сделал шаг в сторону, чтобы опереться о стену.
Воспользовавшись тем, что Эдам больше не загораживает ей путь к спасению, Хлоя метнулась к двери, но колени у нее подогнулись, и она растянулась на полу. Паника резанула мозг, инстинкты вопили об опасности, но тело не повиновалось, и она осталась лежать, не в силах подняться, не в силах даже пошевелиться. Опрокинутая набок мастерская начала тихо кружиться, и Хлоя почувствовала себя пьяной – пьяной настолько, что не могла даже думать. Воздух вокруг нее сделался густым, как сироп, стены танцевали канкан, к горлу волнами подкатывала тошнота. Хлоя хотела поднять руку, но у нее ничего не получилось. Краем глаза она видела, как рядом с ней Эдам встает сначала на четвереньки, потом, держась за стену, поднимается во весь рост. Из другого кармана он достал большой нож для разделки мяса. Глория продолжала что-то кричать, но Хлоя не понимала ни слова. Собрав последние силы, она тоже попыталась встать, но не удержалась и снова рухнула на пол мастерской.
НАША ВЕРСИЯ: История Хлои Купер
На экране появляется смуглая худая женщина лет сорока. Ее черные волосы расчесаны на прямой пробор и собраны на затылке в тугой пучок. Женщина сидит в комнате, из окон которой виден сад со множеством цветов и стройное дерево с по-осеннему красной листвой. Внизу на экране появляется надпись:
ГАБРИЭЛЛА БАУТИСТА, НЯНЯ ОЛИВЕРА БЕРГСОНА
ТРИНИТИ (голос за кадром). Вы работали у Глории Бергсон?
ГАБРИЭЛЛА БАУТИСТА. Да, я ухаживала за Оливером. Глория наняла меня, когда ему было всего три месяца от роду. Мне он был как сын.
ТРИНИТИ (голос за кадром). Именно вы нашли тела. Можете рассказать нам, что вы делали в тот день? Только, пожалуйста, поподробнее, ладно?
Габриэлла кивает.
ГАБРИЭЛЛА БАУТИСТА. В воскресенье мисс Глория предупредила меня, что задержится в галерее дольше обычного, так как ей нужно посмотреть картины потенциальной клиентки. Такое бывало и раньше, поэтому я нисколько не удивилась. Я покормила Оливера ужином, но когда подошло время купать его перед сном, мисс Глория еще не вернулась. В этом, правда, тоже не было ничего необычного: иногда ее встречи с клиентами переходили в совместные ужины в ресторане, а иногда она устраивала прием прямо в галерее. Бывало и так, что после работы мисс Глория отправлялась на какое-нибудь вечернее шоу или встречалась в гостинице со своим бойфрендом, отцом Оливера, когда он приезжал в город. Правда, в подобных случаях мисс Глория всегда звонила мне по телефону, чтобы я была в курсе… В то воскресенье звонка не было, и я решила позвонить ей сама, чтобы мисс Глория могла пожелать Оливеру спокойной ночи, но попала на голосовую почту. Это повторилось несколько раз, и в конце концов я решила, что у нее в телефоне сел аккумулятор или что она уехала куда-то за город, где нет хорошей связи, поэтому оставила ей сообщение и отправилась спать. Но когда утром следующего дня я разбудила Оливера, оказалось, что мисс Глория не ночевала дома.
Габриэлла некоторое время молчит.
ГАБРИЭЛЛА БАУТИСТА. Именно тогда я заволновалась и снова позвонила мисс Глории, но она не ответила. Я покормила Оливера завтраком и одела потеплее… Утро выдалось довольно холодным, поэтому я надела на малыша и пуховик, и шарфик, и вязаную шапочку, и варежки, потом посадила в коляску и вышла на улицу. Мне показалось, стоит сходить в галерею, чтобы… чтобы…
Голос Габриэллы дрожит. Несколько раз она прерывисто вздыхает.
ТРИНИТИ (голос за кадром). Не волнуйтесь, Габриэлла… Лучше расскажите нам, что вы с Оливером видели, пока шли к галерее.
ГАБРИЭЛЛА БАУТИСТА. За ночь погода изменилась. Дождь прекратился, ветер разогнал облака, и выглянуло солнце, но было очень холодно, особенно в тени, поэтому мы пошли по солнечной стороне улицы. Некоторые магазины уже открылись, машин становилось все больше, люди спешили на автобусы, чтобы попасть на паром через Беррард. Ветер играл сухими листьями, гнал их вдоль тротуара, подбрасывал и крутил, и Оливеру очень нравилось на них смотреть. Он все протягивал к ним ручки и повторял: «Мама, мама!»
ТРИНИТИ (голос за кадром). Он знал, куда вы идете?
Габриэлла кивает.
