Онлайн книга «Холодные тени»
|
Тимофей облизнул пересохшие губы. Вероника тут же сунула ему под нос стакан с водой. Поблагодарив, Тимофей утолил жажду. — Кто и как себя вел, когда принесли тело? — спросил он. — Брю впала в истерику, — доложила Вероника. — Лоуренс побледнел, как фаянс, ты грохнулся в обморок. — Сейчас Лоуренс угрожает всем судом, а Брюнхильда сидит в столовой, забравшись с ногами в кресло, и ни на что не реагирует? Вероника посмотрела на Тимофея широко раскрытыми глазами. — Тиш, ты чего, выходил из тела, пока лежал без сознания? — Внетелесные перемещения — чушь, — заявил Тимофей и спустил ноги с койки. — Наше самосознание — результат процессов, происходящих как в мозгу, так и во всем теле. Это просто предположения исходя из обработки типов личности. Лоуренс — альфа-самец, предпочитает играть в нападении, между стимулом и реакцией практически отсутствует буфер. Брюнхильда замкнута, однако ей необходима поддержка. Она лишилась единственного близкого человека, и теперь ей страшно. Закрыться в комнате — значит обречь себя на страх одиночества, заговорить с кем-то — страх общения. Она выбирает золотую середину, местоположением подчеркивает, что не готова к одиночеству, а позой подчеркивает, что не собирается открываться. — Вы так говорите, как будто люди — роботы, — сказал Оскар. — Люди и есть роботы, — отрезал Тимофей. — Зная уровни гормонов и основные вехи жизни человека, можно предсказать его реакцию на что угодно, вплоть до конкретных слов. Мне нужно осмотреть тело. — Габриэлу? — спросила Вероника. — Тело, — упрямо повторил Тимофей. — Габриэлы больше нет. — Вот как… — пробормотал Оскар. — А я думал, что душа — это чушь. И личность — это лишь электрические разряды в мозгу… — Когда эти разряды исчезают, остается только тело, — сказал Тимофей. — Где оно? Оскар и Вероника переглянулись. Врач откашлялся: — Ну, допустим, тело пришлось положить в погребе. Там естественная температура достаточно низкая для того, чтобы не допустить разложения. Но о том, чтобы осматривать его, не может быть и речи. Мы уже сообщили о произошедшем и теперь ждем следственную комиссию. Они не обрадуются уже тому, что мы перемещали труп… — А зачем вы его перемещали, кстати? — спросил Тимофей. — Когда Габриэлу нашли, было уже темно. Ребята увидели только тело в глубокой трещине. Думали, что девушка упала и сломала шею. Или ногу. Потом не смогла докричаться до нас и замерзла. Это не такой уж фантастический сценарий, потому правилами и запрещаются прогулки без сопровождения. Ее вытащили и только тут увидели отвертку. А после этого уже поздно было что-то менять. Место, где обнаружили тело, ребята пометили. — Кто именно его обнаружил? — Мартин Йоргенсен, это мой коллега. И Генрих Вайс, наш техник. — Ясно, — кивнул Тимофей. — Я не собираюсь ни к чему прикасаться. Мне нужно просто осмотреть тело. — Даже если бы я согласился на это безумие — Конрад никогда не допустит подобного, — сказал Оскар. — С него за это голову снимут. — Кстати, насчет снятой головы, — вмешалась Вероника. — Как вы сами недавно сказали, Габриэлу убили. И убил ее явно не пингвин. А значит, среди нас, на станции, находится убийца. Кажется, до сих пор Оскару это в голову не приходило. — Среди нас? — обалдело пробормотал он. — Не может быть. Что за чушь? Что вы такое несете?! |