Книга Замуж за предателя, страница 40 – Наталия Журавликова

Музыка закончилась, и я прикрыла глаза, чувствуя, как растворяются вибрации мелодии. И тут же услышала шаги позади. Он здесь, следит за мной!

Обернувшись, разумеется, увидела Лаэрта.

Он смотрел на меня вначале спокойно, но затем его лицо вдруг исказилось.

— Незачем так смотреть, — сказал он холодно, — метрис Телеро, хочу напомнить, мы вчера поженились, и убегать вот так из спальни в первое утро супружеской жизни было вызывающе.

— Прошу меня извинить, дорогой супруг, — сказала я, вместо того, чтобы бросить ему в лицо, насколько мне наплевать на его мнение и куда он может его себе засунуть.

— На первый раз принимается, — кивнул он, — если ты готова, нам нужно пройти в главный корпус, позавтракать с моими родителями. А потом отправляемся к себе, в столицу. Надеюсь, твои вещи приготовлены, и мы сможем быстро забрать их в поместье Милтос.

Он излагал план на день спокойно, скрестив руки на груди. Но в глазах его горело пламя. Он что же, злится на меня? За то, что не раскрыла ему объятия с восторгом, а сумела показать истинное отношение к этому ужасному браку?

— Уверена, чемоданы уже у порога, — заверила я мужа, — у меня ведь будут свои покои в нашем особняке?

На слове “нашем” он чуть скривился. Но кивнул.

— И своя спальня.

— В планировке особняка это предусмотрели, — неохотно сказал Лаэрт, — но, метрис Телеро, спать порознь — дурной тон. В высшем свете такие вещи вызывают кривотолки.

— В высшем свете? — я захлопала ресницами. — А что, в столице принято приглашать на ночь представителей элиты? По одному каждый вечер.

— Что за дурь? — вспылил муженек.

— А как же иначе узнать, спим мы в одной кровати, или нет?

— Уверяю, милая, — он подошел ближе, взял меня за подбородок, — слухи распространяются со скоростью перышка, пущенного по ветру. Слуги у нас хоть и лучшие, но не каменные. И с другими домами общаются.

— И хозяин не сможет на них повлиять? — возмутилась я.

— Не могу же я увольнять весь штат каждую неделю? — Лаэрт мило улыбнулся, поглаживая мои губы указательным пальцем. От этого прикосновения разбегались искры.

Муж склонился ко мне и поцеловал. Легкими, невесомыми прикосновениями пробежался по губам, отчего мое дыхание чуть не остановилось.

— Ты тоже этого хочешь, — прошептал Лаэрт, отстраняясь, — будь уверена, дорогая, я подстерегу тебя, когда ты не сможешь противостоять собственным желаниям. И наш брак будет скреплен по-настоящему.

Он выпрямился, продолжая глядеть на меня с насмешкой.

— Собирайся, душа моя, мы идем завтракать.

Я кивнула.

— Нет, милая, кивка недостаточно. Ответь со всей любовью и уважением ко мне. И добавь страсти.

С любовью? Уважением? Да я бы с удовольствием подняла рояль и обрушила его на твою голову, мерзавец!

Или вырвала бы все клавиши и скормила их тебе по одной!

Но губы сами собой произнесли:

— Хорошо, любимый, пять минут, и я буду готова к встрече с твоими родителями. И глядя на меня, они поймут, насколько счастлива я в твоих пылких объятиях!

— Отлично получается, — одобрил Лаэрт и погладил меня по щеке.

Особняк Телеро горделиво возвышался над богатым кварталом.

В нем было три корпуса, соединенных переходами. В главном четыре этажа, а в остальных — по три.

— Нравится? — спросил Лаэрт, обводя рукой все это величие.