Книга Сезон продаж магических растений, страница 135 – Валентина Елисеева

В зоне «Г» спасаемый от принудительного брака завидный холостяк был взят в оцепление превосходящими силами противника: пять юных магинь аристократических подвидов «случайно» выскочили ему наперерез, спеша догнать улетевший платочек, поднять упавшую перчатку, перехватить подругу, вернуться к матушке (предусмотрительно попятившейся и отвернувшейся от дочурки). Интересно, среди активисток брачной кампании по обручению с Маралом Левиттом имеется та, что должна мигом привлечь его внимание как первая красавица королевства? Или заботливая матушка напрасно озаботилась сложным зельем «удержания», проигнорировав зелье «привлечения»?

С привлечением, судя по всему, имелись сложности. По лицу Мара скользнуло несвойственное ему выражение смирения, и он непринуждённо отступил под сень свешивающейся с потолка пушистой зелени, дружелюбно шелестящей покрытыми пушком листочками. Девушки окружили его улыбчивой говорливой стайкой.

Настроившись на ощущения «плюща звероеда», Кэсси уловила бурную радость растения от внезапно подвезённого десерта. Плющ был прозван «звероедом» за любовь к мелкий живности полей и лугов, и он до дрожи обожал мышей, лапки и хвостики которых частенько входили в состав приворотных зелий. Разлившийся под ним аромат обманул органы чувств слепого растения, и плющ уверовал, что все собравшиеся под ним живые существа — суть его излюбленные лакомства. Собственно, наблюдая мышиную возню девушек, старающихся урвать себе «спелое зёрнышко», Кэсси соглашалась с тем, что ошибся звероед не так уж сильно.

Далее события развивались предсказуемо. Хищный плющ предпочитал лакомиться жертвами в тишине, не встречая сопротивления, для чего выделял летучие фракции, оказывающие снотворное действие на организм животного. Поскольку люди (и маги в частности) тоже часть животного мира планеты, неудивительно, что девушки вскоре начали зевать, смущённо прикрывая ротики кружевными платочками. Лорд Левитт зевать не начал — он был заранее проинструктирован, какие выпить нейтрализаторы при заходе в зоны «В» и «Г», и Кэсси с облегчением убедилась, что спасаемый не запутался в выданных ею пилюлях. Девушки честно старались сдержать подступающую дремоту, но плющ оказался сильнее. Когда количество зевков окончательно перевалило за грань приличий и вокруг зазвучали тихие смешки окружающих, неудачливые кандидатки в невесты вынужденно отступили и сбежали в сад, чтобы вечерняя прохлада прогнала несвоевременно подступившую сонливость.

Церемониймейстер страдальчески поморщился, и бал пошёл дальше своим чередом.

Кэсси расчётливо приблизилась на десяток шагов к неподвижно замершему горцу в рясе, заодно отодвигаясь от его высочества Стэна, раздаривающего милостивейшие улыбки не так уж далеко от неё. Она бы с удовольствием засела в очередной нише, но не могла бросить на произвол судьбы главу имперской безопасности. Просто ей совершенно не хотелось выхаживать его ещё неделю, если он свалится с магическим истощением после отбора невест!

А отбор тем временем продолжался. В зоне «Д» к девушке, с которой разговорился глава СИБа, внезапно потянулся всеядный гибискус — и мигом объел все растения на её платье! Красотка в ужасе завопила и отшатнулась прочь от флоры-каннибала. Решение, по скромному мнению Кэсси, не благоразумное, поскольку сытно обедающий гибискус всегда выпускает острые когти-крючки, удерживающие объекты питания у его ротовых присосок. Поскольку веточки-цветочки были крепко пришпилены к платью, то теперь болтались под кустом вместе с клочками оторванного материала. Из-за прорех корсаж и рукава стали расползаться, и очередная охотница за женихами убежала из зала в поиске камеристки и нового платья.