Книга Развод с драконом. Я аннулирую твою невесту, страница 32 – Лилия Карниенко

Селеста не была свободна.

И теперь это видел не только старый архив. Не только Орвин. Не только Элиана, которую легко было объявить ревнивой бывшей женой.

Это видел Рейнар.

Он стоял напротив Селесты, и серебряные линии совместимости всё ещё тянулись между ними, но теперь под ними горела тёмно-синяя нить, уходящая к пустому месту. К тому, кого в зале не было. К тому, кого кто-то пытался стереть.

Рейнар медленно перевёл взгляд с круга на Селесту.

— Что это значит? — спросил он.

Голос его прозвучал ровно, но Элиана уловила в нём то, чего раньше не было. Не гнев. Не приказ. Не недоверие к ней.

Трещину.

Селеста моргнула, и по её щеке скатилась первая слеза. Безупречная. Тихая. Такая, от которой слабые люди тут же спешили отвернуться от фактов, потому что факты выглядели слишком жестоко рядом с женской беспомощностью.

— Я не знала, — прошептала она.

Элиана почти услышала, как в зале меняется воздух.

Вот оно.

Слова нашлись.

— Не знали, что проходили первичный брачный круг? — спросила Элиана.

Белая нить судебного приказа на её запястье мгновенно вспыхнула, напоминая о запрете голоса. Холод скользнул под кожу, заставляя пальцы онеметь.

Солл поднял жезл.

— Обвиняемая не имеет права задавать вопросы стороне будущего союза.

— Тогда этот вопрос задаю я, — сказал Рейнар.

Солл замер.

Селеста посмотрела на него так, словно он ударил её при всех.

— Рейнар…

— Ты знала? — спросил он.

Теперь в его голосе не осталось мягкости, которую она могла бы использовать. Не было и ярости. Только требование ответа.

Селеста сложила руки на груди, будто ей стало холодно. Свет круга делал её лицо почти прозрачным.

— Я знала, что много лет назад Палата рассматривала одно дело, связанное с моей семьёй. Мне сказали, что оно закрыто. Что оно не имеет силы. Я была совсем юной, меня никто не спрашивал, никто ничего не объяснял. Разве я могла думать, что это когда-нибудь используют против меня?

Она говорила тихо, с паузами. Не оправдывалась грубо, не спорила с кругом, не отрицала очевидное полностью. Умно. Очень умно. Она уже перестраивала защиту: не ложь, а неведение; не заговор, а чужое решение; не виновница, а такая же жертва.

Представитель рода Мор сразу шагнул вперёд.

— Господа судьи, моя родственница не обязана отвечать на вопросы, выходящие за пределы утверждённой проверки. Статус «вдовы живого брака» может быть следствием технической ошибки старого реестра.

— Техническая ошибка не направляет клятвенную нить к отсутствующему супругу, — произнесла Элиана.

Нить на её запястье снова сжалась.

На этот раз боль была острее.

Она удержала лицо неподвижным.

Рейнар заметил. Его взгляд опустился к её руке.

— Снимите с неё приказ, — сказал он.

Солл повернулся к нему.

— Невозможно до завершения слушания.

— Тогда внесите в протокол: род Вейров считает ограничение голоса Элианы Арден препятствием для выяснения обстоятельств, касающихся брака главы ветви.

Элиана не сразу поняла, что он сделал.

Но белая нить поняла первой.

Она дрогнула, потеряла часть яркости и перестала стягивать запястье так сильно.

Не исчезла. Нет.

Но больше не жгла холодом за каждую фразу.

Солл смотрел на Рейнара с выражением человека, которому при свидетелях испортили заранее подготовленную формулу.

— Лорд Вейр, вы осознаёте значение своей записи?