Книга Развод с драконом. Я аннулирую твою невесту, страница 31 – Лилия Карниенко

— Первичные клятвы, — напомнил Рейнар.

Солл остановился.

Селеста едва заметно качнулась.

На этот раз Рейнар заметил и это.

Пожилой судья поднял жезл и произнёс дополнительную формулу. Круг стал глубже. Серебро померкло, уступая место белому свету, затем серому, затем почти прозрачному. Так проверяли не то, что человек готов показать, а то, что клятва не успела забыть.

Элиана сжала пальцы.

Белая нить на её запястье чуть натянулась, будто предупреждая: молчи.

Она молчала.

Круг сам заговорит.

Сначала у ног Селесты появилась тонкая линия.

Не серебряная.

Тёмно-синяя.

Она вспыхнула так слабо, что часть зала могла бы принять её за тень от складки платья. Но Рейнар стоял слишком близко. Элиана увидела, как его взгляд опустился вниз.

Синяя линия не потянулась к нему.

Она ушла в сторону.

К пустому месту.

Туда, где должен был стоять другой участник брачного круга.

Селеста побледнела уже по-настоящему.

— Это остаточный след, — быстро сказал Солл.

— Остаточный след не даёт направление, — произнесла Элиана.

Белая нить на её руке обожгла холодом, заставляя замолчать.

Она стиснула зубы.

Пожилой судья посмотрел на Солла.

— Продолжить глубинное чтение.

— В этом нет необходимости, — резко сказал представитель Мор. — Госпожа Мор уже подверглась достаточному унижению.

Рейнар не сводил взгляда с синей линии.

— Продолжить.

Одно слово.

Но после него спорить стало труднее.

Круг вспыхнул снова.

Селеста закрыла лицо ладонью, но пальцы её не дрожали. Элиана смотрела на эти пальцы и понимала: Селеста боится не разоблачения. Она считает, как повернуть даже это.

Синяя линия у её ног стала ярче.

Потом над кругом проявилась формула.

Не полная. Оборванная. Перечёркнутая старым закрытием.

Но ключевые слова проступили достаточно ясно.

«Совместимость с Рейнаром Вейром подтверждена».

Солл резко выдохнул, будто хотел ухватиться за эту строку.

Но круг продолжил.

Ниже возникла вторая формула.

«Статус носительницы: вдова живого брака».

В зале никто не заговорил.

Элиана слышала только собственное дыхание.

Вдова живого брака.

Не свободная невеста.

Не женщина без препятствий.

Не чистое имя.

Селеста действительно была совместима с Рейнаром.

Но не как истинная.

Не как свободная.

А как женщина, чья прежняя клятва не умерла, чей супруг не был подтверждён мёртвым, чья связь продолжала дышать под чужой печатью.

Рейнар медленно поднял глаза на Селесту.

Она стояла в центре круга, бледная, прекрасная, с влажными глазами.

И впервые за всё время не нашла слов сразу.

Селеста Мор молчала всего несколько мгновений.

Но для Элианы этих мгновений хватило, чтобы понять: проверочный круг ударил точнее любого обвинения.

Не по репутации даже. Репутацию Селеста умела спасать. Не по красоте образа — она и бледная, и растерянная выглядела так, будто её надо было защищать от жестокого мира. Удар пришёлся в то место, где у любой лжи заканчивалась заранее приготовленная фраза.

«Вдова живого брака».

Слова висели над кругом, холодные, светящиеся, невозможные для красивого объяснения.

Элиана смотрела на них, не позволяя себе выдохнуть слишком рано. Проверка показала не всё. Она не назвала имя второго участника. Не вывела Дамиана Крайса из мёртвых записей. Не доказала, кто именно вырезал строки из дела и почему Солл закрыл старый протокол. Но главное уже было сказано самой Палатой.