Книга Развод с драконом. Я аннулирую твою невесту, страница 35 – Лилия Карниенко

— А у Селесты?

— У Селесты старый круг не разорван. Его спрятали. Это разные вещи.

Рейнар посмотрел на дверь, за которой исчезла Селеста.

— Она сказала, что не знала.

— Возможно.

Он повернулся к ней.

— Ты не веришь.

— Я не обязана верить после того, как она прислала мне осколок и подставила под обвинение в хищении.

— Доказать, что это сделала она, ты пока не можешь.

— Да.

Признание далось неприятно. Но Элиана не собиралась становиться похожей на тех, кто подгонял правду под удобство.

— Пока не могу.

Рейнар провёл рукой по волосам. Жест снова был слишком живым для того человека, который утром стоял у алтаря с каменным лицом. Серебряные застёжки на его вороте окончательно сбились, и в этом маленьком нарушении безупречности Элиана вдруг увидела не утешение, а усталость.

Он не был уничтожен.

Не был раскаян до основания.

Но впервые за этот день выглядел человеком, которому пришлось усомниться в собственной правоте.

— Я мог ошибиться, — сказал он.

Элиана замерла.

Слова прозвучали не громко. Не торжественно. Не так, как произносят признание перед свидетелями, чтобы выглядеть благородно.

Просто.

Оттого хуже.

Потому что какая-то часть её три года ждала не идеального покаяния, а именно этого: чтобы он сказал, что мог ошибиться. Что допускает хотя бы возможность. Что она не сумасшедшая, не ревнивая, не злая женщина, цепляющаяся за чужую свадьбу.

И эта часть откликнулась так больно, что Элиана почти возненавидела себя.

— Мог, — сказала она.

Рейнар посмотрел ей в глаза.

— Элиана…

— Не продолжай.

— Я должен сказать…

— Нет. Не должен.

Её голос стал тише, но твёрже.

— Ты мог ошибиться. Это правда. Но я не обязана принимать это как раскаяние. Ты не ошибся в одной цифре отчёта, Рейнар. Ты позволил закрыть мой брак без моего голоса. Позволил представить новую невесту при мне. Позволил Палате и роду обращаться со мной так, будто я уже не человек, а помеха процедуре. То, что ты теперь допускаешь ошибку, не возвращает мне сегодняшний день.

Он не отвёл взгляда.

— Я знаю.

— Нет, — сказала она. — Пока не знаешь.

Эта фраза могла бы стать жестокой. Но она была просто точной.

Он ещё не знал, что значит выйти из зала под взглядами тех, кто вчера кланялся. Не знал, как звенит тишина в коридоре перед закрытым восточным крылом. Не знал, каково держать в рукаве копию своей же клятвы, потому что больше никто не считает твоё слово достаточным.

Рейнар хотел что-то сказать, но сдержался.

И это тоже было новым.

Элиана устала стоять в зале Палаты. Ей казалось, что свет здесь впитался под кожу и теперь будет долго напоминать о белой нити, о слове «обвиняемая», о Селесте в круге, на мгновение потерявшей голос.

— Мне нужно забрать копию временного протокола, — сказала она. — И выйти отсюда до того, как Солл придумает новый приказ.

— Протокол получу я.

— Нет.

Рейнар остановился.

Элиана сама услышала, как резко это прозвучало, но смягчать не стала.

— Если мы будем работать вместе, условия будут мои.

Он медленно выпрямился.

— Работать вместе?

— Ты сам сказал: тебе нужно основание требовать проверку. Проверка уже показала, что основание есть. Теперь нужно выяснить, кто был прежним участником обряда, почему его скрыли и зачем Селесте доступ к твоему роду.

— И ты предлагаешь…

— Я ничего не предлагаю. Ты пришёл в мой архив и потребовал подпись. Потом увидел то, что обязан был увидеть раньше. Теперь, если хочешь понять, что значит «вдова живого брака», ты приходишь ко мне не с приказом.