Книга Проклятие фэйри, страница 32 – Анна Айдарова

— Принести вам травы, господин? — я вздрогнула, все же его появление было неожиданным, и чуть было не сказала пару иных слов, но вовремя спохватилась.

— Эту чашку дай, — сказал он.

— Я пила уже отсюда, господин, принесу вам другую?

— Эту, — повторил он.

Отдала свою. Просьба странная, но кто их знает, этих бессмертных высших? Может, для него это вообще норма? А мне не жалко… раз уж так хочет.

Он сделал глоток, подождал и только потом допил в несколько глотков, быстро и… жадно? Хотя, может, мне показалось.

— Принести вам еще? — спросила я, забирая пустую кружку.

Опять нет. Посмотрел долго, как-то даже слишком долго, и вернулся к себе, в свое кресло. И все пошло как прежде. А еще через пару дней он уехал.

За следующие несколько недель мой хозяин уезжал на свою охоту раза три-четыре. Привычно отсутствовал пару дней. Привычно возвращался уставшим и выжатым. Привычно проводил время у камина. Привычно молчал. И я молчала. Тишина не раздражала ничуть, наоборот — как бальзам на рану действовала на мои издерганные нервы, успокаивала и лечила.

Ничего не менялось. Установившийся порядок не нарушался и это успокаивало. Мне периодически казалось, что вся моя жизнь в Лондоне — сон, и только теперь я проснулась и начала жить по-настоящему.

Выпал снег, и солнце днем сияло, заглядывая в окна. Под окнами теперь было видно следы своры: ночью и днем псы бродили по территории усадьбы в ожидании выезда.

Хозяин сменил плащ с медвежьим мехом на похожий, но куда более тяжелый. И куртка, в которой он отправлялся забирать свои жертвы, теперь была подбита мехом. И возвращался теперь он не с пустыми руками: привозил немного дичи, словно с обычной охоты, словно так и должно быть.

Он приносил мясо на кухню, разделывал у очага. Часть отправлял вялиться, часть отдавал мне — и ел то, что я готовила. Меня удивляло это по началу. А потом я перестала удивляться. И думала, что так и будет продолжаться. Всегда хочется, чтобы хорошее продолжалось…

— Собери свои вещи, — сказал он однажды. — Все, что есть. Уложи в сумку. Завтра мы уезжаем.

А еще завтра наступала зима.

Обычно я не вспоминаю об этом. И конечно, ни с кем не могу поговорить о тех далеких временах. Хотя бы потому, что никого не осталось. И ничего. Только тишина в холмах, тягучая, вымороженная тишина среди груды камней. Там, где больше ничего нет.

Мое имя Эйрнан Ан Тирн.

И когда-то это имя значило многое. Замок на скале, врезающийся в небо острыми шпилями. Земли, уходящие за горизонт — леса, где водилась дичь, луга, где паслись табуны серебристых лошадей, холмы, в недрах которых спала древняя магия. Ритиэйль, расцветавшие там, куда ступала нога истинного наследника рода.

Я был тогда молод и в меру самонадеян. И не в меру доверчив.

И еще тогда я был влюблен.

В то время она не была королевой. Просто прекраснейшая из сидов, дочь короля Неблагого Двора. Рано или поздно она бы унаследовала трон. А добрые отношения с правителем — всегда неплохо. Если держать руку на пульсе.

Я понадеялся на ее чувства. Меривель была пылкой и нежной возлюбленной, яркой, в меру чувствительной и совершенно точно умной и практичной. Красота ее была способна поразить даже сердце холодного гранита, и разрубить любые препятствия быстрее, чем эльфийский меч. Но мне больше импонировали ее умение подчинять любые свои чувства разуму, ставить рассудок впереди эмоций, рассчитывать свои шаги наперед.