Книга Проклятие фэйри, страница 1 – Анна Айдарова

Лондон в конце октября всегда похож на промокшего, ворчливого пса. Вот и этот октябрь не стал исключением: с неба почти без перерыва сыпалась пронизывающая до костей морось, забивавшаяся в каждую складку пальто и норовившая пробраться внутрь, поглубже.

Я пригнула голову и зашагала быстрее. Едва только вырвавшись из теплой, удушающей пасти переполненного метро на улицу я моментально промокла. Ветер с дьявольской изобретательностью нашел щель между шарфом и воротником и забрался внутрь. Я дернула ткань, пытаясь закутаться поплотнее. Не помогло — капли уже нашли дорогу и активно стекали за ворот. Волосы лезли в лицо, растрепавшись. А дешевые ботинки с чавкающим звуком вбирали в себя воду с тротуара, словно хотели запастись надолго. И пальто — уже основательно вытертое и давно требующее замены от старости — предательски промокало, тяжелея с каждым шагом.

Почти добравшись до дома, уже вставив ключ в замочную скважину, я вдруг вспомнила, что в холодильнике — пусто. Совсем. Ни крошки. И чая нет. И кофе утром оставалось на порцию… если осталось вообще. Моя соседка Саманта сегодня пары пропустила… «Самми, будь ты неладна», — мысленно выругалась я. Наверняка выпила оставшийся кофе днем. Последнюю порцию. Мою порцию!

Я замерла на пороге, в полутьме крошечного холла. Идти в магазин? Проделать почти весь путь обратно, почти вернуться к метро? Снова выйти мокнуть под этот мерзкий дождь… и потратить те два фунта, которые я с таким трудом выцарапала из бюджета на стирку… Нет. Даже думать об этом невыносимо. Лучше остаться дома. Тут хоть тепло, стены, да и деньги останутся при мне. «И, черт возьми, может, я наконец-то похудею, раз ужин пролетел мимо?» — эта мысль прозвучала в моей голове так ясно и отчетливо… И я чуть ли не взбежала по лестнице, штурмуя последние метры как крестоносец крепостную стену.

Мы с Самантой снимали комнату на двоих в одном из старых двухэтажных домиков в Блумсбери. До колледжа добираться было, правда, далековато: полчаса на метро, в толкучке, среди несвежих и далеко не люксовых ароматов. Зато цена за комнатку не съедала все заработанное. «„Не съедала“ — хорошее определение», — подумала я, скидывая промокшую обувь. Конечно, аренда не съедала. Она просто аккуратно обгладывала косточки, оставляя мне ровно столько, чтобы не сдохнуть с голоду. Но мечта стать архитектором стоила каждой потраченной монеты. И я ни о чем не жалела.

Родители мои из Нортумбрии, фермеры. Помочь они могли разве что продуктами — изредка, да теплым свитером на Рождество. Но они сделали куда больше, чем деньги — они позволили мне сделать выбор, и даже оплатили первые три семестра учебы в колледже. В дорогом лондонском колледже.

Я прикрыла глаза, на секунду представив нашу кухню, тонущую в вечерних сумерках, запахе маминого рагу, домашнего хлеба и немного — холодного дождливого вечера. Я была пятой в семье, и вовсе не последней.

Рассчитывать особенно было не на что — да я и не претендовала. Спасибо, что не сказали «иди работать на ферму». Спасибо, что разрешили выбрать дело по душе, дали денег на первое время и отпустили.

Я подрабатывала как могла: официанткой, оформителем в пабах и кафе рангом пониже, раздавала листовки… да что я только не попробовала! Экономила на всем: на автобусе, на латте, на обеде, на свете вечером. И все равно — радовалась. Потому что сложилось-то все неплохо! У меня есть крыша. У меня есть мечта. У меня есть крыша над головой и теплая комната. Могло ведь и намного хуже все сложиться…