Книга Полоса препятствий для одержимых - 1, страница 78 – Екатерина Ильинская

Коридор петлял, иногда сужался так, что приходилось идти боком, иногда расширялся до размеров зала. Стены были покрыты странными письменами, которые загорались и гасли, стоило отвести взгляд.

Один раз грубиян остановился и провёл рукой по такому знаку. Тот ярко вспыхнул и погас, оставив после себя тёплый светящийся след на ладони. Парень стряхнул его, будто обжёгся, и больше к стенам не прикасался.

— А правда, — снова подала голос Нефритовый Лотос, — что здесь можно встретить тех, кто вошёл раньше и не вышел?

— Правда, — ответил грубиян. — Только это уже не люди. Тени. Они повторяют твои движения, шепчут твоим голосом и пытаются увести в тупик.

Голос его звучал мрачно, и даже он сам, кажется, поверил в свои слова. Нефритовый Лотос пискнула и схватилась за рукав зелёного ханьфу.

— Не слушай его, — мягко сказала Изумрудная Лоза. — Он пугает.

— Предупреждаю.

Я шла молча. Внутри было пусто, холодно и немного страшно, хотя пока, кроме колкостей, бояться было нечего. Но не могло же испытание Лабиринтом быть таким простым?

«Почему ты идёшь со всеми? — Голос Хэй Фэна звучал лениво, но в лени этой чувствовалось напряжение. — Пристроилась за чужим огоньком, за чужой флейтой, терпишь насмешки. А ещё недавно хотела всё делать без чужой помощи. Доказать свою самостоятельность. То, что ты делаешь, совсем не похоже на то, что ты недавно совершенно искренне заявляла».

Я стиснула зубы.

«Это другое».

«Что именно другое? Я пытаюсь понять, как в таком маленьком, хрупком теле умещается столько противоречий. Ты хочешь быть сильной, но при этом не хочешь. Хочешь делать всё сама, но не прочь, чтобы вели. Бесишься, когда я вмешиваюсь, но беспокоишься, когда не вмешиваюсь. Жаждешь славы, но стыдишься, когда получаешь».

«Ты ничего не понимаешь!»

«Не понимаю, — согласился Хэй Фэн. — Я видел тысячи людей, как совершенствовавшихся, так и нет... Ни никто из них не был настолько непоследователен. Такое вместилище противоречий я встречаю впервые. Скоро с ума сойду».

Внутри разлилось тёплое, едкое чувство. Злорадство.

«Сходи, — ответила я. — Может, хоть так от тебя избавлюсь».

«Нет. Просто внутри тебя будет безумный демон».

«То есть сейчас ты оплот здравомыслия?»

«О, поверь, ты не хочешь знать, что будет, если я потеряю контроль».

Ответить на это было нечего, прошлось сделать вид, что это не слов не нашлось, а задуманное презрительное молчание. Зато Хэй Фэн молчать не стал:

«Я пока пойду, прогуляюсь. Не наделай глупостей».

Опять мне ничего не оставалось, как промолчать, хотя внутри что-то тревожно сжалось, словно в обществе демона было лучше, чем без него. Безопаснее.

Но рядом с принцем Лан Чжуном мне же нечего было бояться? Нечего?

Тени, отбрасываемые нашими огоньками, на секунду взметнулись вверх и тут же опали, но как будто стали чуть менее плотными. Это демон ушёл? Ответа не было, а спрашивать у него я не стала.

Впереди показалась развилка. Три коридора уходили в темноту.

Изумрудная Лоза поднесла флейту к губам. Длинная, чистая нота поплыла во тьму, разбегаясь по проходам.

Сначала было тихо. Потом звук начал возвращаться обрывками, словно Лабиринт пережёвывал его и выплёвывал обратно. Из левого коридора донеслось глухое, сдавленное эхо, будто нота ударилась во что-то мягкое и увязла. Из правого отозвалось звонко, многократно рассыпаясь на десятки мелких отголосков. Из центрального не пришло ничего. Тишина проглотила звук целиком.