Книга Полоса препятствий для одержимых - 1, страница 122 – Екатерина Ильинская

— Живы, — сказал Белый Журавль, проверяя пульс. — Но их нужно выводить.

— У меня нет идей, как быстро привести их в сознание. — Принц открыл глаза. Взгляд его прояснился, хотя лицо всё ещё было бледным. — Но и оставаться тут нельзя…

— Значит, понесём, — отрезал грубиян. — Я возьму одного. Белый Журавль — второго. А ты… — Он посмотрел на Плакучую Иву, — сворачиваешь формацию и идёшь последним, чтобы отражать угрозу, если она появится.

— Если нападут? — Голос заклинателя дрогнул.

— Если вовремя предупредишь, то отобьёмся. Или отступим, — отрезал Белый Журавль.

Плакучая Ива только кивнул и поднял амулет, готовясь свернуть формацию.

Мы быстро распределили силы. Грубиян взвалил на плечо заклинателя Земляного Корня, Белый Журавль взял ученика Школы Северного Ветра. Принц поднялся, пошатнулся, но устоял.

— Я пойду впереди, — сказал он.

— Твоя ци… — начала я.

— Хватит, — оборвал он, заставив пережить болезненный укол обиды. Поднял руку, и на ладони вспыхнул маленький, но ровный огонёк. — Идём.

Мы двинулись обратно по тропе в сторону входа в зал. Плакучая Ива шёл последним, сжимая амулет, который всё ещё слабо светился. Я поддерживала Изумрудную Лозу под локоть, чтобы она не упала от истощения.

К счастью, на тропинке оказалось безопасно, и мы быстро дошли до каменного коридора, от вида которого внутри плеснуло радостью. Вот уж чего никогда не смогла бы представить, но эти серые, тонущие в темноте стены показались едва ли не родными.

— Как ты держалась? — спросила я тихо у Изумрудной Лозы, когда мы оказались в относительной безопасности.

— Играла, — ответила она также тихо. — Всё играла и играла. Пока пальцы не перестали слушаться. Пока мелодии не кончились. А потом… — Она замолчала, и я не стала спрашивать, что было потом.

Перекрёсток встретил нас тишиной. Четыре прохода разбегались по сторонам света: из сада, из болота и два неведомых. Мы остановились перед ними, переглядываясь.

— Нужно идти туда, — сказал мечник из Белого Журавля и кивнул на проход, в который мы хотели пойти, до того как услышали флейту. Голос его звучал ровно, хотя лицо было осунувшимся. — Там должен быть выход из Лабиринта. Или хотя бы комнаты отдыха. Я читал про них в свитках, написанных участниками прошлых лет.

Все задумались. Я лихорадочно перебирала в памяти тот путь, которым вёл Хэй Фэн. Но в голову приходило только одно: комната, где мы прятались от теней, располагалась совсем в другой стороне. От этого перекрёстка я не знала дороги, разве что возвращаться через Болото Иллюзий, а от одной этой мысли становилось плохо.

— В свитках говорится, что комнаты отдыха отмечены знаками, — сказал мечник. — Надо искать.

Он подошёл к ближайшей стене и провёл ладонью по камню, проверяя неровности. Мы последовали его примеру. Кто-то ощупывал стены, кто-то всматривался в тени, которые отбрасывали световые талисманы, зажжённые нефритовым Лотосом. Но никаких подсказок не было, даже знаки не мерцали, как раньше, когда мы ходили по другим коридорам.

— Смотрите! — голос Плакучей Ивы заставил всех обернуться.

Он стоял у одной из стен, указывая на едва заметные царапины, которые в неровном свете складывались в странные линии.

— Это нужные знаки? — спросила Изумрудная Лоза, всё ещё бледная, но уже твёрже стоящая на ногах.