Книга Его одержимость. Будешь моей, страница 75 – Дилара Александрова

Или то, что он тренировался на проститутках, чтобы в свою первую ночь с мужчиной Джудит испытывала не боль, а безграничное удовольствие?

Или то, что он дышать без нее не может, и готов устранить любое препятсвие между ними? Будь это какой-то Элайза или даже сам Император?

И еще много, много всего, что Кассарион мог бы открыть ошарашенным ушам.

Какую правду из всего этого она хотела услышать?

Он мог бы рассказать любую.

Только ей это совсем не понравится.

Наверное, нужно было заплакать, но Джудит почему-то не могла. Она молча пялилась в потолок, сложив руки на животе. После побега с приема под покровом сумеречного смеха гостей, девушка вернулась домой, плюхнулась на кровать в чем была и просто лежала.

Было больно.

Нет, совсем не так, как несколько лет назад, когда она оплакивала его гибель. Больно по-другому, как-то глухо, словно поверх затянувшихся ран нанесли мелкие порезы. Да, неглубокие, да, не настолько болезненные, но они саднили и саднили, не давая забыться и, наконец, успокоиться.

За прошедшие недели Джудит медленно приходила в норму. Кассарион жив, он здравствует, и, казалось, что теперь будет как прежде. Она снова будет улыбаться, встречая его каждый день то на кухне, то на учебе, то еще где-нибудь. На самом деле не важно, где, главное, чтобы он был рядом. Ну, а их совместные проделки… те никуда не уйдут. Ведь у них с Кассарионом так много общего. Росли они вместе, формировали взгляды на мир рука об руку, даже гастрономические вкусы, и те почти одинаковые. Они словно продолжение друг друга... были когда-то.

Девушка не представляла свое существование без этого керима. А оказалось, что Кассарион вполне представлял свое существование без нее.

Наверное, она никогда не оправится.

В какой-то момент ей почудилось, что это всего лишь обман, очередной глупый план Кассариона что-то доказать. Сколько раз он совершал безрассудные поступки, чтобы показать, что он лучший? А сколько раз не слушал ее вразумления? Не счесть. Сначала творит импульсивные поступки, а потом раз и — Джу, ну извини, я не хотел. И потом таскается за ней, вымаливая прощение.

Казалось бы, сейчас точно так же... вот только спектакль сильно затянулся. И этому было одно-единственное обьяснение — это была суровая правда. Кассарион не притворялся.

Потому что не было ни единой причины, почему он мог так с ней поступать. Столько лет прошло. Казалось бы, все мелкие обиды и разногласия в прошлом. И потом, Касс всегда был слишком испульсивным, чтобы притворяться так долго.

Значит, действительно забыл.

— Он вырос, а я все еще живу в прошлом, — сквозь слезы произнесла Джудит в безразличную тишину. — Я все еще маленькая глупая принцесса. Он всегда так говорил. Касс прав. Только теперь это прозвище для него совсем ничего не значит.

Оказывается, так важно, чтобы слова что-то значили. Чтобы любимый человек вкладывал в них особый смысл, понимаемый только им двоим.

Кассариону все равно. Джудит не знала, сможет ли смириться с этим. Прошлое для него забыто, затянуто пеленой времени, и он теперь живет совсем другими вещами. Работой, долгом, может быть, новой семьей? Ведь он воспитывался Аксиомом Дэвотом, наверняка, у него есть названные братья и сестры.

Спрашивать отчего-то не хотелось. Хотелось спрятаться под одеялом от всего мира и пережить бурю. А когда она пройдет, начать жить заново.