Книга Ртуть, страница 80 – Калли Харт

Но я боялась об этом заговаривать. Я сделала свой выбор, когда решила пойти с Кингфишером в кузницу, вместо того чтобы броситься за Эверлейн и удостовериться в том, что с ней все в порядке. И судя по тому, как возмущенно она сейчас пыхтела, зачерпывая ложкой диковинный «йогурт», я сильно задела своим выбором ее чувства.

Эверлейн затянула меня в очередное платье с корсажем на шнуровке и многослойным пышным подолом – на сей раз пурпурное, сверкающее блестками, – и заплела волосы в одну толстую косу, которая спускалась ровно по центру спины.

Когда настала пора покинуть спальню, девушка-фейри остановилась у выхода, расправила складки на своем прекрасном наряде бежевого цвета, взбила кружева на запястьях и сказала, по-прежнему стараясь не смотреть на меня:

— Не хочешь пойти со мной в библиотеку? Мы с Русариусом вчера собрали все, что только можно было найти об алхимиках и их деяниях. Там немного, но я думаю, тебе сто́ит это прочитать…

— Я очень хочу пойти с тобой! – поспешно заверила я. – Прости, что не пришла вчера. Я знаю, как ты стараешься мне помочь, и очень хочу научиться всему необходимому…

«…Чтобы свалить отсюда к херам собачьим. Чтобы найти дорогу домой», – добавила я мысленно и робко протянула ей руку. Она через силу улыбнулась мне, а потом подхватила под локоть и увлекла за собой в коридор. Похоже, долго злиться Эверлейн Де Барра не умела.

В библиотеке Русариус бился в припадке.

— Рэнфис! – орал он. – Скажи ему, что это не солдатская столовая! Здесь повсюду бесценные произведения искусства, а он… он… Да ты только посмотри, сколько там жира!

Я учуяла то, о чем верещал старик, раньше, чем увидела. В читальном зале стоял такой божественный аромат жареного, с дымком, мяса, что у меня рот мгновенно наполнился слюной, а в желудке отчетливо заурчало. Не знаю, что за яство это было, но пахло оно умопомрачительно.

— О боги, Фишер! – ахнула Эверлейн при виде того, чем он был занят.

Воин сидел во главе длинного стола, и перед ним на полированном дереве стояла большая миска. Он методично запускал туда вилку, накалывал на нее здоровенные куски мяса и отправлял их в рот. Рэнфис прислонился к стене возле дальнего окна, скрестив на груди руки, и обреченно наблюдал за этой трапезой.

— Прости, Русариус, не знаю, чего ты от меня ждешь, – вздохнул генерал. – В день, когда мне удастся заставить Кингфишера что-либо сделать, вернется Коркоран в полном составе, не иначе.

— Не богохульствуй! – взревел старый библиотекарь.

— А куда, кстати, свалили ваши боги? – тихо поинтересовалась я у Эверлейн. До этого как-то не было случая на фоне прочих потрясений.

— Они отправились в паломничество много тысяч лет назад, чтобы… Уф, слушай, потом расскажу. Пойду заберу еду́, пока Русариус не лопнул от злости.

Кингфишер между тем невозмутимо уплетал свой завтрак, ни на кого не обращая внимания. Когда Эверлейн подошла и остановилась рядом с ним, он только промычал что-то с набитым ртом, по-прежнему глядя в миску.

— А ты еще удивляешься, что Беликон называет тебя псом, – покачала она головой.

Тут уж внимание Кингфишера все-таки обратилось к ней. Он очень медленно поднял голову, и серебристый ореол на правой радужке ярко сверкнул, когда он устремил на сестру мрачный взгляд:

— Я не удивляюсь. Я точно знаю, почему он меня так называет.