Онлайн книга «Бей или беги»
|
— Я… — Расслабься, — женщина примирительно погладила ее по плечу, — теперь глупо искать виноватых. Я думаю, что все было бы также, даже если бы ты грохнула своего дружка, как от тебя требовалось. Они нашли бы другой повод докопаться. Они ненавидели Малколма. Они его слушались, но это их страшно бесило. Он и придумал эту дурацкую гонку, чтобы немного отвлечь их внимание. Как в том фильме… не помню, как называется. Там раз в год людям разрешали творить любую дичь, зато все остальное время они вели себя мирно и прикидывались законопослушными гражданами. Томасин никогда не видела фильмов, даже в детстве. Отцу они не нравились. В мотелях, где они ночевали, он отбирал у нее пульт, не позволяя смотреть мультики, и переключал на бокс. Или другие спортивные соревнования, вмиг усыплявшие девчонку, которой то было совершенно неинтересно. Кинематограф для нее был таким же преданием сгинувшей цивилизации, как интернет, сотовые телефоны или доставка пиццы. Она собирала их в копилку, как исследователь, археолог, высвобождающий из-под слоев земли древние амфоры. — Что же это за фильм был… там еще актер такой… — Дайана нахмурила тонкие брови, вспоминая, — не важно. Есть еще такая штука, мне о ней рассказал Малкольм. По правде… до знакомства с ним я была темнотой похуже тебя. Легко отличила бы сумочку Шанель от подделки, но писала некоторые слова с ошибками и считала, что патриций — это вид кожной инфекции. Он говорил что-то о проблеме вагонетки, когда нужно решить, кого спасать. Одного человека или целую кучу. Может это ужасно для прежнего мироустройства, но грохнуть какого-то аутсайдера раз в год — разумная плата за благополучие целого лагеря… — Почему он их убил? — перебила Томасин, утомившись слушать ее пространный монолог, к счастью, на этот раз не о моде. — Кого? — опешила женщина. — Тех людей, — девушка растерялась, не зная, как сформулировать точнее, — до того, как все случилось… — Так… Дайана резко умолкла. Томасин подумала, что ступила на опасную территорию, и собеседница просто превысила лимит откровений на сегодня, но, увы, ошиблась. Ее наставница резко накрыла губы девушки ладонью, призывая ее молчать. Ее глаза встревожено заблестели, а вся она обратилась в слух. Не только Томасин умела получать сведения о близкой опасности от малейшего шороха. Даже не шороха — где-то поблизости шумно закрылась дверь. — Он… вернулся? — промычала девушка в руку, поглощавшую большую часть звуков. Дайана покачала головой. — Его вызвал главный всего этого библейского цирка, — шепотом ответила она, — не шуми. Не высовывайся, я пойду гляну, кто там ходит. Женщина сползла с постели, сбросила туфли и, вооружившись увесистым подсвечником, двинулась к двери. Томасин нервно поезрала на месте и села, слушая шаги Дайаны, приглушенные мягким ворсом ковра. Ее внутренний зверь тоже чувствовал угрозу, но предпочитал пока затаиться. Оценить обстановку. Прикрыв веки, девушка позволила чувствам обостриться, слилась не с лесом, но с жутковатым огромным домом. Шаг Дайаны, еще шаг, аккуратно приоткрытая тяжелая дверная створка. Еще шаг. Темнота и тишина. Сдавленный вскрик. Томасин не знала, что собирается делать, отдавшись на волю инстинктов. Она вскочила с кровати и рванулась к туалетному столику, в поисках хоть какого-то средства самообороны. К несчастью, ничего из стоявших там склянок, как и наваленных грудой драгоценностей, для того не годилось. Но зверь внутри девушки готов был драться за жизнь голыми руками. Он оскалил зубы и зажмурился от яркого света фонарика. |