Книга Доппельгангер, страница 27 – Рита Лурье

В особняке было прохладнее, чем на улице, пахло затхлостью и царило полнейшее запустение. Померкшая красота убранства являла собой печальное зрелище. Приходилось петлять, переступая через груды мусора и осыпавшейся штукатурки.

Хозяйка привела Джуди в комнату с огромными окнами, вероятнее всего, когда-то выполнявшую функцию зимней оранжереи. Женщина указала на мебельный ансамбль из ротанга, предлагая гостье присесть.

— Кофе? – любезно поинтересовалась она.

— Да, пожалуйста, - проблеяла Джуди.

Она нервно шлепнула на столик папку с портфолио, взметнув в воздух облако пыли. Пыль тут же забилась девушке в ноздри и осыпалась на одежду.

Джуд закашлялась и принялась отряхивать своё единственное приличное платье, с трудом отысканное в недрах шкафа. В результате утренних сборов спальня в её квартире напоминала воронку от взрыва. И всё зря – девушка всё равно чувствовала себя ужасно нелепой рядом со своей потенциальной заказчицей. Нелепой и несовершенной.

В голову Джуди против воли лезли мелочные размышления о том, сколько денег вложено в холеную внешность хозяйки особняка. На фоне этой особы даже Габи показалась бы замарашкой! Доступной девицей из придорожного мотеля.

Куда ей до такой изысканной леди?

У этой женщины были идеальные кожа и ногти, блестящие, как зеркало волосы, и точеная фигура фотомодели. Её элегантный костюм и туфли, скорее всего, стоили, как месяц аренды неказистой квартирки, если не больше. Возможно, их цена с лихвой покрыла бы весь студенческий кредит Джуд.

«Прекрати» – приказала она себе.

Хозяйка вернулась с винтажным подносом.

Не спрашивая о предпочтениях гостьи, она подала эспрессо с апельсиновым соком. И не прогадала: Джуди всегда пила кофе именно таким образом.

Но женщина не могла быть в курсе об этом – их переписка несла сугубо деловой характер. Анкету, касающуюся интересов, особенностей и капризов потенциальной соискательницы, никто не запрашивал.

Хозяйка особняка сделала точно такой же напиток и себе.

Пригубив его, она с наслаждением облизнула темно-красные, красиво очерченные губы. Чашечку она держала так аккуратно, будто присутствовала на чаепитии в Букингемском дворце.

«Это случайность» – решила Джуд. Такое бывает. Их вкусы просто совпали.

— Меня зовут Камила, - представилась женщина.

Именно это экзотическое имя фигурировало в переписке. Оно идеально подходило хозяйке – такое же роскошное, но с налетом опасности, как и она сама.

Как ядовитый цветок.

Несмотря на светский тон и обходительность Камилы, от неё исходила угроза.

Угроза и аромат тяжелых духов. В них солировали нотки граната – густого, терпкого, выполненного в тёмных тонах голландских натюрмортов.

Очень мрачный парфюм. Как правило, такие холеные дамочки выбирали что-то другое, женственное и соблазнительное, подчеркивающее статус, уж точно не воплощающее в себе декаданс и упадок.

От этого убийственного запаха у Джуд уже слегка кружилась голова. Ей мучительно захотелось выйти на улицу и вдохнуть свежего воздуха.

Вернее, спастись бесславным бегством.

— Чувствуйте себя, как дома, - чуть усмехнувшись, сказала Камила.

Она тоже украдкой разглядывала гостью. Взгляд её красивых, но таких холодных глаз, полнился чувством самодовольного торжества. С любопытством жестокого ребенка она изучала насекомое, посмевшее выползти перед ней на садовую дорожку, прежде чем прихлопнуть его носком туфли. Она словно решала – оставить ли жалкую букашку в живых или нет.