Книга Пленница Повелителя песков, страница 23 – Елена Княжинская

Я, и правда не знала об этом. Помогать нуждающимся было нашим долгом и честью. Тот, кто многое имеет, может поделиться с тем, кто лишился последнего. Жизнь длинная, неизвестно, как сложится судьба каждого.

— Где твой муж? – спросила молодую мать. – Почему он не заботится о тебе?

— Не знаю, джаным, жив ли он. Я не видела его несколько месяцев, с тех пор, как он ушел в предгорье помогать резать овец. Никому из мужчин не удалось вернуться.

— Возьми, – я протянула ей деньги, – купи что-нибудь себе и ребенку.

Женщина поймала мою руку и поцеловала тыльную сторону ладони. Никогда еще прежде я не испытывала такого стыда, как в это мгновение.

— Да благословят тебя духи, джаным.

— Пусть и к тебе они будут милостивы, – ответила ей и сделала знак своей спутнице.

Мы поспешили покинуть храм и отправились на базар.

— Ты бледна, джаным. Может, вернемся?

— Нет, – ответила ей, – я должна увидеть больше.

— Здесь ты увидишь только тех, кто способен о себе позаботиться. Если хочешь узнать, как живут простые люди, я покажу тебе. Но пообещай, что не станешь гневаться.

— На что? Это мы не заботимся о подданных. Если кому и гневаться, то им.

— На те слова, которые можешь услышать, – ответила Валия, – не все готовы терпеть, как те старики.

Что-то в ее словах заставило меня насторожиться. Только бы не начался бунт, мелькнула в голове мысль. Недовольные всегда были, но в такие периоды, как сейчас, когда мы в осаде, а будущее подернуто дымкой, они чаще поднимали головы, чем в мирные времена.

Мы свернули в сторону, плутали узкими улочками, на которых я прежде не бывала. Чем дольше шли, тем меньше видели людей. Те, что попадались нам на пути, глядели недоверчиво, даже зло, будто винили меня в своих бедах.

Наконец, мы остановились около одного из домов. Сложенный из красно-желтого песчаника, с плоской крышей и облупившейся деревянной дверью, он мало отличался от соседних жилищ. Валия трижды постучала, прислушалась, вошла первой. Я последовала за ней. Тревога и любопытство боролись во мне. Вместе с ними крепло ощущение того, за порогом меня ждет открытие, после которого моя жизнь не будет прежней.

— Валия! – не скрывая радости, воскликнул молодой мужчина. Заметил меня и добавил сдержаннее:

— Кто с тобой?

— Не сердись, Азиз. Мы пришли с миром. Прошу, расскажи ей то, о чем говорил мне позавчера.

Мужчина, судя по одежде, стражник, согласился не сразу. Моей служанке пришлось не раз попросить его, прежде чем он снова сел и предложил нам располагаться. Валия ненадолго оставила нас одних. Скрылась в другой комнате, вернулась оттуда с подносом. В простые глиняные чашки разлила какой-то напиток, что пах цветами и травами.

— Я не стану спрашивать твое имя, джаным, – произнес Азиз. – Если Валия верит тебе, то у меня нет причин сомневаться. Я не открою тебе тайну, но ничего хорошего не скажу. В городе несколько складов с зерном. Один из них, тот, что у западных ворот, считай, пуст. Мыши погрызли пшеницу, изгадили просо.

— Цены выросли в десять раз, – вступила в разговор Валия. – На базаре за меру муки просят десять дирхамов.

— За эти деньги можно купить три мешка и получить сдачу, – произнесла, не веря своим ушам.

Или пару дорогих покрывал, расшитых золотыми нитями, подумала я, но не озвучила мысли вслух. Я слушала рассказ о том, как несчастные люди пошли к наместнику, но путь им преградили воины и заставили повернуть обратно. Самые отчаянные решили взять приступом другой склад, но еле унесли ноги. Нескольких из них, признанных зачинщиками, казнили в тот же день.