Книга Хозяйка старого графства. Книга 1, страница 37 – Мила Север

— Ай, шалунья!, - Яков Иммануилович на мгновение улыбнулся и погрозил мне пальцем, но тут же снова стал предельно серьёзным.

— Начнём с личной. В силу сове’шенно необычных обстоятельств, ваш статус некото’ым об’азом неоп’еделён. То есть, вы, безусловно вышли замуж и являетесь г’афиней Фон Цу’ Осте’вальд. Но вот в остальном…, - поверенный поёрзал в кресле, - ах, какая же деликатная тема! Как ваш пове’енный, я вам п’актически как докто’, так что отб’ошу этикет и сантименты.

Яков Имманиулович помолчал, глубоко вздохнул, поправил очки и начал говорить.

Если отбросить все словесные кружева, то до официального решения я одновременно и графиня и нет. Этакая графиня Шрёдингера.

Магически - безусловно графиня. Юридически - необходимо было официальное подтверждение кончины моего супруга, желательно, естественной или хотя бы добровольной кончины. Иначе я буду графиня, но арестованная, потом заключённая, а потом и вовсе лишённая титула. И ещё следовало убедиться, что я не беременна.

И в это простом, казалось бы, действии, тоже были нюансы.

Поскольку алтарь воплотил духа-хранителя для меня, признав меня главой рода, то единственный стопроцентный способ убедиться, что я жду или не жду ребёнка, был несколько…архаичным.

Нужно было подождать от шести до девяти месяцев и убедиться лично. Поскольку любые медицинские и магические манипуляции мой дух-хранитель мог исказить любым образом. То есть совершенно не факт, что я что-то там искажаю, но возможность! Возможность есть. Поэтому так.

Дедовским, так-сказать, способом.

— Тепе’, голубушка, пе’ейдём к финансовой и официальной плохим новостям, они взаимосвязаны, - продолжил Яков Иммануилович, - хотя у вас тут всё взаимосвязано, так-то.

Яков Иммануилович жестом фокусника вынул из своего портфеля запечатанное письмо и протянул его мне.

— Я бы, конечно же, к’асивой молодой женщине п’едпочёл бы да’ить цветы, иг’истое и ф’укты. На худой конец, всегда можно пода’ить фунт-д’угой отменного шоколада. Но сегодня у меня вас только это - официальное письмо от Седьмого Отдела Его Импе’ато’ского Величества Тайной Канцеля’ии.

Письмо было красивым. Плотной бумаги, запечатнное чёрным сургучом, на котором горделиво раскинула крылья двуглавая птица.

— Чё’ный су’гуч означает, что вести плохие, - пояснил поверенный, - Вск’ывайте п’и мне. Я всё засвидельствую и мы подст’ахуемся на случай всяких… ю’идических казусов.

Я вскрыла. Прочитала письмо вслух. И мне захотелось одновременно смеяться и плакать.

Во-первых, ко мне едет ревизор, а-ха-ха!

То есть, проверяющий.

Сам глава Седьмого Отдела, отдела по магическим преступлениям.

Во-вторых, этот низкоуважаемый (лично мной и вот прямо сейчас) проверяющий собственноручно написанным указанием заблокировал мне все счета. То есть вообще.

И семейный Остервальдов, и лично мой, куда мне папенька денег положил “на обустройство и приданое”.

Заблокировал “до выяснения обстоятельств и окончательного вердикта по делу графини Фон Цур Остервальд”.

И вердикт этот вынесет после личной проверки.

Вот так.

Сутки в этом мире, а я обзавелась мужем, стала вдовой, хозяйкой графства, получила собственного духа-хранителя, новую семью и - вишенкой на торте - собственное дело по магическим преступлениям.

Ай да я!