Книга Яд, что слаще мёда, страница 34 – Кассиан Маринер

Гуань Юньси колебался. Ссориться с Темным принцем прямо сейчас, на глазах у толпы, было глупо, ведь он только что получил пост. Скандал с главой тайной службы ему не нужен.

— Прошу прощения, — наконец процедил он. — Я обознался. Наслаждайтесь... праздником.

Он развернулся и ушел. Я выдохнула и попыталась отстраниться, но Цзи Сичэнь не отпустил и держал в объятиях еще несколько долгих секунд, пока халат Гуаня не скрылся в толпе.

В этот момент я осознала во всей красе нашу позу. Я прижата к мужчине, которого боится полгорода, его рука на моем бедре и мое лицо у его шеи. Я чувствовала тепло его дыхания на своей коже, и от этого напряжение становилось все больше. Но и с напряжением я почувствовала… возбуждение. К тому же его запах… он пьянил. Так пахнет сила, и она меня пьянила.

Я резко оттолкнулась от него, и Цзи Сичэнь отпустил меня сразу. Он смотрел на меня сквозь прорези маски, и я чувствовала, что он заметил мою дрожь и сбившееся дыхание.

— Ушел, — коротко произнес он. — Не трясись.

— Я не трясусь, — соврала я, поправляя одежду. — Ты... ты трогал меня.

— Я спасал твою шкуру, — он хмыкнул. — Или тебе больше понравилось бы, если бы он сорвал с тебя маску и потащил в темницу?

— Ты мог просто заслонить меня.

— Я сделал то, что было убедительно. Идем, мужчина в сером уходит.

Он схватил меня за запястье и потащил в темный переулок прочь от света фонарей. Мы бежали по узким улочкам, скользя по грязной брусчатке. Шум праздника остался позади, сменившись тишиной трущоб.

Человек в сером быстро шел впереди, оглядываясь. Цзи Сичэнь двигался бесшумно и вскоре знаком показал мне остановиться.

Я прижалась к стене дома, наблюдая за всем происходящим. Цзи Сичэнь нагнал человека в тупике. Короткое движение, и мужчина уже лежал на земле, прижатый коленом Цзи Сичэня.

Цзи Сичэнь обыскал его, достал из-за пазухи сверток и спрятал в свой рукав, потом наклонился и что-то прошептал, отчего лежащий мужчина закивал, трясясь от страха. Цзи Сичэнь отпустил его. Человек вскочил и убежал, растворившись в темноте. Темный принц вернулся ко мне.

— Чек у нас, — он похлопал по рукаву. — И имя посредника тоже. Дело сделано.

— Ты отпустил его? — удивилась я.

— Мертвые не приводят к хозяевам. А вот живые и напуганные — да.

Мы вышли на набережную реки. Здесь было значительно тише, чем у башни. Люди запускали водные фонарики, поэтому тысячи огоньков плыли по черной воде, унося желания смертных к богам.

Мы остановились у парапета. Я сняла маску и холодный ветер ударил в лицо, остужая горящие щеки.

— Ты ненавидишь его, — вдруг произнес Цзи Сичэнь, тоже сняв маску. — Но ты все еще смотришь на него так, словно он солнце.

— Я смотрю на него, как на пожар, который сжег мой дом, — огрызнулась я. — Не путай ненависть с любовью.

— От любви до ненависти — один шаг, но и обратно тоже недалеко, — он повернулся ко мне, опираясь спиной о перила. — Знаешь, что я почувствовал, когда держал тебя?

— Что я костлявая и пахну старыми архивами? — Я напряглась.

— Нет. Я почувствовал, как сильно бьется твое сердце. Как у птицы, которая хочет вырваться из клетки, но боится открыть дверцу. Ты все еще принадлежишь ему, Нин Шуан. Ты дрожала, потому что он был рядом, а не из-за того, что боялась, что он тебя найдет.