Книга Тот, кто вырезал моё сердце, страница 4 – Кассиан Маринер

Щеки обожгло стыдом. Я развернулась и пошла прочь, чувствуя спиной насмешливые взгляды.

Так повторилось и во второй мастерской. И в третьей. Никто даже не хотел дать мне пробное задание. Они видели лишь мою щуплую фигуру и грязную одежду. Мой талант, мои знания, голос дерева, который я слышала — все это было невидимым и ненужным.

К вечеру я обессилела. Ноги гудели, голова кружилась от голода. Я присела на ступени закрытого склада в тупике Улицы Мастеров, прижав к груди мешок с инструментами — единственное, что у меня осталось. Начал накрапывать дождь, холодный и колкий, смывающий надежду. Неужели старик был прав? Неужели я — лишь придорожная пыль?

Рядом, под навесом соседней лавки, сидели двое подмастерьев, курили дешевый табак и тихо переговаривались.

— ...слышал, старый Сю снова вылетел? — сказал один, сплевывая на мостовую.

— Еще бы, — отозвался второй. — Три дня продержался. Это рекорд. Говорят, Хань Шуо вышвырнул его лично, да еще и долотом вслед запустил. Псих ненормальный.

— Да уж, к этому Звездному Лорду, чтоб его демоны драли, лучше не соваться. Платит он золотом, но душу вынимает живьем. Ему не ученики нужны, а призраки. Чтобы не ели, не спали и читали его мысли.

— И чтобы руки не тряслись, — добавил первый. — Говорят, он может заметить неровность в толщину волоса с другого конца комнаты. Маньяк. Никто в здравом уме к нему больше не пойдет. Вон, висит объявление у ворот Гильдии уже неделю, и хоть бы кто откликнулся. Смертников нет.

Я замерла. Сердце, до этого вяло толкавшее кровь, вдруг пропустило удар. Хань Шуо. Звездный Лорд. Маньяк, который ищет совершенства. Тот, кому плевать на нормы, если результат идеален.

Я поднялась. Голод отступил, сменившись странной, звенящей ясностью. Если его все боятся, значит, у него нет очереди из «здоровых парней». Значит, у меня есть шанс.

— Эй, — окликнула я подмастерьев. Голос мой прозвучал хрипло, но твердо. Они обернулись, удивленно глядя на тень, возникшую из дождя. — Где найти мастерскую Хань Шуо?

Парни переглянулись. Один из них, тот, что постарше, покрутил пальцем у виска.

— Жить надоело, парень? Иди лучше на пристань, грузчиком. Целее будешь.

— Где? — повторила я, сжимая лямку мешка так, что побелели костяшки.

— На Северном холме, — махнул рукой второй, с жалостью глядя на меня. — Старый особняк в бамбуковой роще. Только он тебя даже на порог не пустит. Там ограда высокая, а характер у хозяина — еще хуже.

— Спасибо.

Я развернулась и зашагала в сторону Северного холма. Дождь усилился, превращая пыль на дороге в грязь, но я больше не чувствовала холода. Во мне загорелся огонек упрямства, тот самый, что заставлял меня ночами изучать отцовские чертежи при свете луны.

Я найду этого безумного мастера. И если он действительно так хорош, как говорят, он увидит не мои тонкие запястья. Он увидит то, что я могу создать.

* * *

Северный холм возвышался над столицей темным горбом, поросшим густым бамбуковым лесом. Здесь городской шум стихал, словно отрезанный острым ножом. Не слышно было ни криков зазывал, ни скрипа тележных колес, ни пьяной брани из питейных заведений. Только шелест дождя и тревожный стук бамбуковых стеблей, ударяющихся друг о друга на ветру. Этот звук напоминал перестук костей, сухой и ритмичный.