Книга Второй шанс для мачехи, страница 43 – Айли Иш

Ждёт.

Альфидия появляется вовремя, будто их внутренние часы идут единым ходом. Она замирает испуганной птичкой, нервно сглатывает, но не отступает. Выпрямляет плечи и подходит ближе, пытаясь демонстрировать сдержанность и отстранённость.

— Доброго вечера, граф, — в своей манере говорит Эрдман.

А Калистен довольно улыбается. Не знай он Альфидию, подумал бы, что она его намеренно провоцирует.

Он действует быстро, сгребает в охапку, прижимая к своей груди и без предупреждения целует.

Альфидия дрожит в его руках и не отвечает, но он чувствует её подрагивающие руки на своих предплечьях. Как натягивается ткань над его кожей от того, что она сминает её в своих руках.

Калистен быстро разрывает поцелуй и прижимается своим лбом к её, в полутьме глаза графини почти чёрные, ведьмовские.

— Что ты делаешь? — шепчет Альфидия взволновано.

— Исполняю свою клятву, — довольно докладывает Калистен, придерживая жену за талию и осторожно поглаживая поясницу.

Альфидия краснеет, нервно сглатывает и пытается взять себя в руки. Храбрится, но у неё не получается обмануть его. Она взволнованна и в замешательстве.

— Но здесь комната Лейфа!

— Я не разбрасываюсь клятвами.

Альфидия нервно облизывает губы.

— Что вы тут делаете, Калистен? — принимает она его правила.

Пока вновь не забудется или от неожиданности не выдаст привычное «граф». Калистен будет ждать её ошибки.

— А что делаешь ты, Альфи? — он прищурился, всматриваясь в взволнованное лицо и притянул жену ближе. — Не кажется ли тебе это чересчур? Лейф взрослый мальчик, в постели которого спит взрослая женщина.

— Я его мачеха! — возражает Альфидия. — И он болеет…

— Он почти здоров, — возражает граф. — Это надо прекращать.

Хоть он и говорит это, в душе опасается, что она будет упираться на то, что мать и знает как лучше. Тогда, как ей возразить?

— Но я…

— У тебя есть муж, Альфи, — голос графа становиться тихим, серьёзным, будто бы предупреждающим.

— Что? — теряется графиня.

— У тебя есть супружеский долг, — нервно сглотнув, говорит Калистен, опустив взгляд на подрагивающие губы жены.

— Но разве… пришло время? — растерянно спросила Альфидия.

Да, дурацкий распорядок, который он придумал сам. И теперь сам же от него и должен запинаться, как о какую-то преграду.

— Теперь всё будет по другому, — просто говорит Калистен. — Сегодня мы спим вместе. Меня не было два месяца, нам пора быть вместе.

Графиня лишь рассеянно хлопает ресницам. Она не ожидала. Она не готова. Она даже мысли подобной не допускала!

— Можешь пожелать Лейфу спокойной ночи, я тебя подожду, — и выпускает её из объятий.

Альфидия лишь нервно кивает и чуть ли не бегом скрывается за дверью.

Калистен ждёт, с усмешкой сравнивая себя с верным псом, что ждёт хозяйку на улице и в дождь, и в снег, лишь бы она осчастливила его своим вниманием.

Он не считает время.

Его жена всё равно не сможет прятаться от него всю ночь.

Альфидия выходит из комнаты пасынка осторожно. Взволнованно смотрит на мужа и послушно кивает. Даже сейчас она слушается, подчиняясь его воли. И где-то глубоко в душе Калистену хочется, чтобы она высказала свои мысли относительно внезапных перемен.

Он подаёт ей руку и ведёт графиню в нужном направлении.

— Мы… куда? — всё же спрашивает Альфидия, понимая не сразу, что маршрут не тот, на который она рассчитывала.