Книга Второй шанс для мачехи, страница 46 – Айли Иш

— А твои девочки… тебе нужно их оплакать, потому что если ты не прожила боль, она ведь осталась внутри, — Калистен спешно поцеловал её в макушку, позволил перекатиться жене под бок и вновь притянул к себе, в этот раз прижимая её спину к своей груди, прижав руку к её животу.

— Мне нужно исполнить супружеский долг? — потухшим голосом спросила Альфидия.

— Не сегодня, — Калистен снял с неё халат и отбросил в сторону, накрыл их одеялом и притянул вновь жену к себе, поглаживая то плечо, то живот, то бёдра. — Но теперь всё меняется, Альфи. Как моя жена ты будешь каждую ночь спать в моей кровати. Я твой муж. Мы всё поменяем, наши отношения станут другими. Тебе нужно время для осознания и принятия. Я вызову лекаря, чтобы он проверил тебя. Я хочу нашего ребёнка, Альфи, хочу от тебя.

Калистен поцеловал в плечо жену и зарылся лицом в её волосы, дыша ей.

Альфидия тихо плакала, но не вырывалась, забывшись быстрым сном.

Альфидия нервно облизывает губы. Чужое дыхание ощущается в районе левого плеча. А рука мужа уже привычно обнимает её живот. Третье совместное утро даётся ей легче. Графиня пытается не обращать внимание на то тепло, что возникает в груди. Она не даёт себе ложных надежд, не позволяет себе верить во что-то большее.

Эрдман не понимает, что происходит с её мужем. Он стал внимательным, они всё чаще пересекаются в течение дня, даже совместные завтраки уже не вызывали тот первый дискомфорт, но всё ещё вызывали неудобства.

Конечно, Калистен использовал её оплошности для поцелуев и от них у неё начинала кружиться голова. Поэтому Альфидия почти выучилась называть мужа по имени, чтобы не допустить неловкой ситуации. Вдруг кто увидит их целующимися? Да ещё Лейф так странно посматривает и почему-то краснеет, завидев взрослых вместе. Может, ему непривычно, что они стали близко общаться? Как с пасынком о таком поговорить? Альфидия всё её чувствовала стену между ними, хотя они начали свободно говорить про погоду, Лейф даже подробно рассказывал о своих занятиях, всё время поглядывая на мачеху — нравится ли ей слушать или нет.

— Проснулась? — вырвал её из размышлений голос мужа и он прижался губами к её шее, ласково погладив бедро.

Да, его прикосновений стало больше. И если поначалу Альфидия каменела от них, иногда к горлу накатывало чувство страха, дурные воспоминания пробивались в голову, но кроме прикосновений граф не позволял себе ничего большего. Поэтому Альфидия начала расслабляться, чувствуя в этом облегчение, расслабление и безопасность.

Калистен больше не намекал на супружеский долг, но графиня волновалась, зная, что рано или поздно ей нужно будет исполнить свои прямые обязанности жены. И побаивалась того момента. Потому что муж теперь другой, как раньше точно не будет, а как по новому — она не знала.

— Надо готовиться, скоро встанет Лейф и…

Альфидия замерла, когда муж повернул её голову и коротко поцеловал в уголок губ.

— Опять в твоей голове только Лейф? — с усмешкой спросил Калистен.

— Надо вставать, сегодня много дел, — отвела взгляд Альфидия.

— Я ненавижу утро, — Калистен придвинул её ближе к себе и оставил два чувственных поцелуя на шее, обжигая своим дыханием, вызывая приятную дрожь во всём теле, — это значит, что ты вновь убежишь от меня и моих объятий.