Книга Оглушающая тишина, страница 14 – Наталья Малышева

— Ты много путешествуешь?

— Как и ты, — кивнула Эстер. — Иногда езжу ради интересной выставки, иногда на стажировку по работе. Обмениваемся опытом с другими мастерами татуировки. Стараюсь из каждого города привозить по парочке зарисовок.

— Совсем не вижу у тебя Сицилии, — вдруг отметил Пьеро.

— Ты знаешь, как-то не довелось. Один раз даже билеты на самолет уже лежали, но в последний момент все резко отменилось. не принимает меня земля Сицилийская, — засмеялась девушка.

— Быть может, примет, если полетишь с чистокровным сицилийцем? — в голосе Бароне явно звучал азарт. — В августе у меня будет отпуск, могли бы покататься на гидроцикле вдоль побережья...

— Давай, ты сначала переживешь этот вечер, а потом будешь строить планы на август.

— Прозвучало как угроза, — не смог сдержать улыбку Пьро. — Можешь снимать эту маску. Франц признался, что внутри ты как мягкий пушистый котенок, нежный, ранимый, нуждающийся в ласке и уходе...

— А Франц не рассказывал, что у этого котенка красный пояс по каратэ? Чего ты так бровями играешь? Я выросла в опасном районе.

— Такс... Понял... С заботой пока повременим.

— Присаживайся на диван. Здесь и тебе удобно будет и свет отличный.

Пока Пьеро послушно устраивался на предложенном месте, девушка отложила в сторону корзину из Донателло и достала с одной из полок несколько листов бумаги и коробочку с мелками черного и коричневых оттенков.

— Тебя когда-нибудь рисовали? — Спросила девушка, удобно устраиваясь в небольшом кресле в полутора метрах от Пьеро.

— Фанаты — постоянно... - начал было Бароне, но осекся. Рядом с Эстер ему категорически не хотелось быть звездой. Рядом с ней он наслаждался ощущением своей обыкновенности, как бы странно это не прозвучало.

— Ах, да... Все время забываю, то ты у нас парень непростой... - с ноткой иронии проговорила Эстер, прикрепляя листы к планшету. — Поверни голову чуть-чуть в сторону окна. Да, вот так. Отлично. Подбородок немного повыше. Ага. Идеально. Сможешь замереть?

— Дышать можно? — уточнил Пьеро с ноткой подозрения в голосе.

— Можно.

Следующие минут пятнадцать они сидели в тишине. Бароне полностью сосредоточился на удержании искомой позы, а Эстер увлеченно рисовала, периодически пристально всматриваясь в лицо Пьеро.

— Это не так весело, как мне представлялось, — практически сквозь зубы процедил Барне, стараясь не менять выражение лица.

— Это еще почему? — удивилась девушка, которую, похоже, все устраивало.

— Мне разговаривать нельзя, ты тоже молчишь...

— Кто тебе сказал, что нельзя разговаривать?

— Эээкхм... Я подумал, что нужно сидеть максимально неподвижно, — неуверенно предположил Бароне.

— Ну, это ты уж сам себе надумал. Конечно, гораздо легче рисовать максимально неподвижную модель... Но я бы справилась, поверь. Хотя стоит признать, молчание добавляет тебе некий ореол очарования. Сама не знаю почему, но это факт. В глазах что-то появляется. Трудно объяснить.

Пьеро присмотрелся к девушке. Не похоже было, что она шутит.

— А долго мне еще так неподвижно сидеть? — уточнил Бароне, раз уж ему позволили разговаривать.

— Минут пять. Сейчас расставлю акценты и отпущу тебя.

— Ого... Я думал, ты часа два-три будешь эти свои угольки растирать.

— Ну, это же просто набросок, быстрый рисунок, задача которого уловить образ, передать характер. Если проявишь себя как терпеливый натурщик, возможно, однажды нарисую тебе что-нибудь посерьезнее.